Обзор материалов судебной практики за II квартал 2011 года.

РАЗЪЯСНЕНИЯ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 7 апреля 2011 г. N 6

О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ ПРИНУДИТЕЛЬНЫХ МЕР МЕДИЦИНСКОГО ХАРАКТЕРА

В связи с вопросами, возникшими у судов при назначении, продлении, изменении и прекращении применения принудительных мер медицинского характера, а также в целях обеспечения единообразного применения законодательства при рассмотрении дел данной категории Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, постановляет:

1. Обратить внимание судов, что при осуществлении производства о применении принудительных мер медицинского характера следует строго соблюдать Конституцию Российской Федерации, нормы уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства. При решении отдельных вопросов, связанных с применением принудительных мер медицинского характера, необходимо руководствоваться положениями Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. N 5487-1, Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 г. N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", Федерального закона от 7 мая 2009 г. N 92-ФЗ "Об обеспечении охраны психиатрических больниц (стационаров) специализированного типа с интенсивным наблюдением", а также иных нормативных правовых актов, в том числе Постановления Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2004 г. N 54 "О медицинском освидетельствовании осужденных, представляемых к освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью", Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации и Министерства юстиции Российской Федерации от 17 октября 2005 г. N 640/190 "О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу".

При производстве о применении принудительных мер медицинского характера судам следует учитывать положения международных актов, практику Европейского Суда по правам человека. В частности, Минимальные стандартные правила обращения с заключенными (приняты на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 30 августа 1955 г.) предусматривают положение о том, что лиц, сочтенных душевнобольными, не следует подвергать тюремному заключению, поэтому необходимо принимать меры для их скорейшего перевода в заведения для душевнобольных (правило 82 (1)). Принципы защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи (утверждены Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 17 декабря 1991 г. 46/119) предусматривают, что в отношении лиц, совершивших запрещенные уголовным законом деяния, если предполагается или установлено, что они страдают психическим заболеванием, общие принципы защиты подлежат применению в полном объеме с такими минимальными, необходимыми в данных обстоятельствах изменениями и исключениями, которые не будут наносить ущерб их правам (принцип 20).

При решении вопросов, связанных с изменением, продлением или прекращением применения принудительных мер медицинского характера в отношении лиц, переданных Российской Федерации в соответствии с Конвенцией о передаче лиц, страдающих психическими расстройствами, для проведения принудительного лечения (28 марта 1997 г.), судам следует принимать во внимание положения указанной Конвенции.

2. Разъяснить, что принудительные меры медицинского характера являются мерами уголовно-правового характера и применяются только к лицам, совершившим предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости или у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, а также к лицам, совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, и лишь при условии, когда психическое расстройство связано с возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц (части 1 и 2 статьи 97 УК РФ). При этом цели применения принудительных мер медицинского характера отличаются от целей применения наказания и в силу статьи 98 УК РФ заключаются в излечении или улучшении психического состояния указанных лиц, а также предупреждении совершения ими новых предусмотренных уголовным законом общественно опасных деяний.

3. Принудительные меры медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра, принудительного лечения в психиатрическом стационаре (общего типа, специализированного типа или специализированного типа с интенсивным наблюдением) могут быть применены судом к лицу:

совершившему предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, то есть когда это лицо во время совершения деяния не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики. Такое лицо не подлежит уголовной ответственности (часть 1 статьи 21 УК РФ);

у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, делающее невозможным назначение или исполнение наказания. Такое лицо освобождается судом от наказания либо от дальнейшего его отбывания (часть 1 статьи 81 УК РФ), в случае выздоровления оно может подлежать уголовной ответственности и наказанию, если не истекли сроки давности, предусмотренные статьями 78 и 83 УК РФ.

Принудительные меры медицинского характера судом могут быть применены к лицу, совершившему преступление и страдающему психическим расстройством, не исключающим вменяемости, но нуждающемуся в лечении психического расстройства. Такому лицу наряду с наказанием суд может назначить принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра (часть 2 статьи 99 УК РФ). Решение об этом должно содержаться в резолютивной части приговора.

4. Вид принудительной меры медицинского характера избирается судом с учетом положений части 2 статьи 99, статей 100 и 101 УК РФ. При определении вида принудительной меры медицинского характера в отношении лиц, указанных в пунктах "а", "б" части 1 статьи 97 УК РФ, судам следует учитывать характер и степень психического расстройства, опасность лица для себя и других лиц или возможность причинения им иного существенного вреда. Суду надлежит мотивировать принятое решение на основе оценки заключения эксперта (экспертов) о психическом состоянии лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, и других собранных по делу доказательств.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 101 УК РФ в психиатрический стационар специализированного типа, а также специализированного типа с интенсивным наблюдением помещаются лишь лица, по своему психическому состоянию требующие соответственно постоянного наблюдения либо представляющие особую опасность для себя или других лиц и требующие постоянного и интенсивного наблюдения.

5. Подсудность дел о применении принудительных мер медицинского характера определяется по общим правилам подсудности уголовных дел, установленным в статье 31 УПК РФ.

В силу статьи 352 УПК РФ такие дела не подлежат рассмотрению судом с участием присяжных заседателей.

Согласно части 2 статьи 445 УПК РФ вопросы продления, изменения или прекращения применения принудительной меры медицинского характера рассматриваются судом, вынесшим постановление о ее применении, или судом по месту применения этой меры.

6. В соответствии с требованиями пункта 3 статьи 196 УПК РФ по каждому уголовному делу назначение и производство судебно-психиатрической экспертизы обязательно, если необходимо установить психическое состояние подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве. К обстоятельствам, вызывающим такие сомнения, могут быть отнесены, например, наличие данных о том, что лицу в прошлом оказывалась психиатрическая помощь (у него диагностировалось врачами психическое расстройство, ему оказывалась амбулаторная психиатрическая помощь, он помещался в психиатрический стационар, признавался невменяемым по другому уголовному делу, негодным к военной службе по состоянию психического здоровья и т.п.), о нахождении его на обучении в учреждении для лиц с задержкой или отставанием в психическом развитии, о получении им в прошлом черепно-мозговых травм, а также странности в поступках и высказываниях лица, свидетельствующие о возможном наличии психического расстройства, его собственные высказывания об испытываемых им болезненных (психопатологических) переживаниях и др.

При назначении судебно-психиатрической экспертизы на разрешение экспертов следует ставить вопросы, позволяющие выяснить характер и степень психического расстройства во время совершения предусмотренного уголовным законом общественно опасного деяния, в ходе предварительного расследования или рассмотрения дела судом, установить, могло ли лицо в указанные периоды осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Перед экспертами следует ставить также вопросы и о том, связано ли психическое расстройство лица с опасностью для него и других лиц либо возможностью причинения им иного существенного вреда, нуждается ли такое лицо в применении принудительной меры медицинского характера и какой именно, а также может ли это лицо с учетом характера и степени психического расстройства лично осуществлять свои процессуальные права.

7. Вопросы, связанные с психическим состоянием лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, подлежат тщательному исследованию и оценке судом. При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта-психиатра (экспертов), а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту (экспертам). В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта (экспертов) или наличия противоречий в выводах эксперта (экспертов) по тем же вопросам судом может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту (экспертам) (части 1 и 2 статьи 207 УПК РФ).

8. Помещение в психиатрический стационар для производства экспертизы подозреваемого, обвиняемого, содержащегося под стражей, производится в порядке, предусмотренном статьями 108, 203 УПК РФ, а не содержащегося под стражей, - в порядке, предусмотренном статьями 165, 203 УПК РФ.

Постановление суда о помещении лица в психиатрический стационар, а также о продлении срока пребывания в нем может быть обжаловано этим лицом, его защитником, законным представителем, иными лицами в порядке, предусмотренном УПК РФ.

9. Если в ходе судебного разбирательства при проведении судебно-психиатрической экспертизы будет установлено, что у подсудимого наступило временное психическое расстройство, при котором не представляется возможным дать заключение о его психическом состоянии во время совершения общественно опасного деяния, то производство по делу подлежит приостановлению в соответствии с частью 3 статьи 253 УПК РФ. Вопрос об освобождении такого лица от уголовной ответственности или наказания в этих случаях не решается.

10. Лицу, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, должно быть предоставлено право лично осуществлять принадлежащие ему и предусмотренные статьями 46 и 47 УПК РФ процессуальные права, если его психическое состояние позволяет ему осуществлять такие права. При этом учитываются заключение экспертов, участвовавших в производстве судебно-психиатрической экспертизы, и при необходимости медицинское заключение психиатрического стационара (часть 1 статьи 437 УПК РФ). Следует иметь в виду, что указанные медицинские документы не могут иметь для суда заранее установленной силы и подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.

11. В соответствии с частью 1 статьи 437 УПК РФ законными представителями лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, признаются близкие родственники, которыми могут быть родители, усыновители или другие указанные в пункте 4 статьи 5 УПК РФ лица. При отсутствии близких родственников либо их отказе от участия в деле законным представителем может быть признан орган опеки и попечительства. Участие законного представителя является обязательным.

Суд обязан обеспечить законному представителю возможность осуществления его процессуальных прав, предусмотренных частью 2 статьи 437 УПК РФ, в том числе прав участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела, заявлять ходатайства и отводы, представлять доказательства, обжаловать решения суда, получать копии обжалуемых решений, знать о принесенных по уголовному делу жалобах и представлениях и подавать на них возражения, участвовать в заседаниях судов апелляционной, кассационной и надзорной инстанций. Кроме этого, подлежат разъяснению законному представителю его права инициировать ходатайства об изменении или прекращении применения принудительной меры медицинского характера и участвовать при их рассмотрении на основании статьи 445 УПК РФ.

В случае необходимости суд может принять решение о допросе законного представителя лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, в качестве свидетеля при его согласии, о чем выносит постановление (определение) и разъясняет ему права, указанные в части 4 статьи 56 УПК РФ. При допросе законный представитель предупреждается об уголовной ответственности только за дачу заведомо ложных показаний.

Если законный представитель действует в ущерб интересам представляемого им лица, он отстраняется судом от участия в деле, и законным представителем лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, признаются другие лица, указанные в пункте 4 статьи 5 УПК РФ, а при их отсутствии - орган опеки и попечительства.

12. В силу пункта 3 части 1 статьи 51 и статьи 438 УПК РФ в производстве о применении принудительных мер медицинского характера участие защитника является обязательным с момента вынесения постановления о назначении в отношении лица судебно-психиатрической экспертизы, если защитник ранее не участвовал в данном уголовном деле. Отказ от защитника по этим делам не может быть принят судом. В случае нарушения указанных требований в ходе предварительного расследования уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке, установленном статьей 237 УПК РФ.

13. Исходя из положений статьи 440 УПК РФ, судья, получив уголовное дело о применении принудительной меры медицинского характера, при отсутствии оснований для направления его по подсудности и для назначения предварительного слушания выносит постановление о назначении судебного заседания, в котором разрешаются вопросы, указанные в части 2 статьи 231 УПК РФ.

Лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, должно быть извещено о месте, дате и времени судебного заседания для того, чтобы осуществить свое право на заявление ходатайств (о личном ознакомлении с материалами уголовного дела, о личном участии в судебном заседании и др.) или реализовать иные права, гарантированные уголовно-процессуальным законом.

14. В постановлении о назначении судебного заседания судья в соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 231 УПК РФ может принять решение о рассмотрении уголовного дела в закрытом судебном заседании с учетом положений статьи 241 УПК РФ, в том числе, если разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению охраняемой федеральным законом врачебной тайны.

15. Если лицам, указанным в части 6 статьи 439 УПК РФ, не была вручена копия постановления о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, судья назначает предварительное слушание для решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору в порядке, установленном статьей 237 УПК РФ.

16. Исходя из положений части 1 статьи 437 УПК РФ, лицу, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, участвующему в судебном заседании, должны быть разъяснены его процессуальные права, предусмотренные статьями 46 и 47 УПК РФ, и обеспечена возможность осуществления этих прав.

Показания такого лица могут учитываться судом при оценке его психического состояния, а также опасности лица для самого себя или других лиц либо возможности причинения им иного существенного вреда, при определении вида принудительной меры медицинского характера.

17. В ходе судебного заседания суду надлежит в установленном законом порядке проверять, доказано ли, что деяние, запрещенное уголовным законом, совершено именно этим лицом, устанавливать обстоятельства, свидетельствующие об опасности лица для себя или других лиц либо о возможности причинения им иного существенного вреда в связи с наличием у него психического расстройства, а также иные обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с частью 2 статьи 434 УПК РФ.

Об опасности лица для себя или других лиц либо о возможности причинения этим лицом иного существенного вреда могут свидетельствовать характер психического расстройства, подтвержденного выводами судебно-психиатрической экспертизы, его склонность в связи с этим к совершению насильственных действий в отношении других лиц или к причинению вреда самому себе, к совершению иных общественно опасных действий (изъятию чужого имущества, поджогов, уничтожению или повреждению имущества иными способами и др.), а также физическое состояние такого лица, с учетом которого оценивается возможность реализации им своих общественно опасных намерений.

В случае, если суд придет к выводу, что указанные в части 1 статьи 97 УК РФ лица по своему психическому состоянию не представляют опасности, то он может передать необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о лечении этих лиц или направлении их в психоневрологические учреждения социального обеспечения в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении (часть 4 статьи 97 УК РФ).

18. Если в ходе судебного разбирательства дела, поступившего с обвинительным заключением, будет установлено, что подсудимый во время совершения деяния находился в состоянии невменяемости или у подсудимого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, суд выносит постановление в порядке, предусмотренном главой 51 УПК РФ, не возвращая дела прокурору. Когда указанные обстоятельства будут установлены по делу, поступившему с обвинительным актом, такое дело подлежит возвращению прокурору в соответствии со статьей 237 УПК РФ, поскольку с учетом положения части 1 статьи 434 УПК РФ по делам данной категории производство предварительного следствия обязательно.

19. В случае совершения предусмотренного уголовным законом общественно опасного деяния несколькими лицами суд вправе одновременно рассмотреть вопрос о виновности одних лиц и вынести постановление о применении принудительных мер медицинского характера в отношении других, совершивших это деяние в состоянии невменяемости, или лиц, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее их возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

20. В силу части 1 статьи 443 УПК РФ в случае признания доказанным, что деяние, запрещенное уголовным законом, совершено лицом в состоянии невменяемости или что у этого лица после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания, суд в соответствии со статьями 21 и 81 УК РФ выносит постановление о его освобождении от уголовной ответственности или от наказания и о применении к нему принудительных мер медицинского характера. При этом в описательной части постановления должны быть изложены установленные судом обстоятельства содеянного на основании исследованных доказательств, дана юридическая оценка действиям такого лица и приведены мотивы принятого решения. В резолютивной части постановления должны содержаться указания о его освобождении от уголовной ответственности или наказания и о применении конкретной принудительной меры медицинского характера, решение вопроса об отмене меры пресечения, если она не была отменена ранее. Подлежит также разрешению вопрос о вещественных доказательствах.

В постановлении суд указывает вид принудительной меры медицинского характера в соответствии с частью 1 статьи 99 УК РФ. Определение конкретного психиатрического учреждения, где должно проводиться лечение, относится к компетенции органов здравоохранения.

21. Исходя из положений частей 2 и 3 статьи 443 УПК РФ, суд выносит постановление о прекращении уголовного дела:

если лицо не представляет опасности по своему психическому состоянию либо им совершено деяние небольшой тяжести. При этом суд также отказывает в применении принудительной меры медицинского характера;

при наличии оснований, предусмотренных статьями 24 - 28 УПК РФ, независимо от наличия и характера заболевания лица.

При прекращении уголовного дела копия постановления суда в течение 5 суток направляется в орган здравоохранения для решения вопроса о лечении или направлении лица, нуждающегося в психиатрической помощи, в психиатрический стационар (часть 4 статьи 443 УПК РФ).

22. Гражданский иск, заявленный по уголовному делу о применении принудительных мер медицинского характера, не подлежит рассмотрению, что не препятствует последующему его предъявлению и рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, о чем суд принимает соответствующее решение.

В силу статьи 132 УПК РФ с лиц, в отношении которых применены принудительные меры медицинского характера, процессуальные издержки, в том числе суммы, выплаченные адвокату за оказание юридической помощи, не взыскиваются, а возмещаются за счет средств федерального бюджета.

23. В случае, если у осужденного, отбывающего наказание, наступило психическое расстройство, препятствующее отбыванию наказания, такое лицо освобождается от дальнейшего отбывания наказания и к нему могут быть применены принудительные меры медицинского характера (часть 1 статьи 81 УК РФ).

В соответствии с частью 5 статьи 175 УИК РФ такой осужденный либо его законный представитель вправе обратиться в суд с ходатайством об освобождении от дальнейшего отбывания наказания, которое подается через администрацию учреждения или органа, исполняющего наказание. При невозможности самостоятельного обращения осужденного либо его законного представителя в суд представление об освобождении осужденного от дальнейшего отбывания наказания в связи с наступлением психического расстройства вносится в суд начальником учреждения или органа, исполняющего наказание. Одновременно с указанным ходатайством или представлением в суд направляются заключение медицинской комиссии и личное дело осужденного. Рассмотрение и разрешение такого вопроса осуществляется в порядке, установленном статьей 399 УПК РФ, и с учетом гарантий прав лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, предусмотренных главой 51 УПК РФ.

24. Не вступившее в законную силу постановление суда, принятое по результатам рассмотрения дела, может быть обжаловано в апелляционном и кассационном порядке лицом, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, его защитником, законным представителем, потерпевшим, его представителем и прокурором, а также иными лицами в той части, в которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и законные интересы.

В силу части 3 статьи 376 УПК РФ лицо, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, вправе участвовать в заседании суда кассационной инстанции непосредственно либо изложить свою позицию путем использования систем видеоконференц-связи при условии заявления им о своем желании присутствовать при рассмотрении жалобы или представления на постановление суда. Вопрос о форме его участия в судебном заседании решается судом. Участие такого лица возможно, если его психическое состояние позволяет ему лично участвовать в судебном заседании. При этом учитываются заключение экспертов, участвовавших в производстве судебно-психиатрической экспертизы, и при необходимости медицинское заключение психиатрического стационара.

25. Вышестоящий суд вправе при наличии к тому оснований изменить назначенный судом вид принудительной меры медицинского характера на менее строгий, если не нарушается право на защиту лица, в отношении которого применена принудительная мера медицинского характера, либо по кассационной жалобе потерпевшего или кассационному представлению отменить решение суда первой (апелляционной) инстанции и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд иным составом суда, если имеются основания для применения более строгой принудительной меры медицинского характера.

Необеспечение судом лицу, в отношении которого ведется или велось производство о применении принудительной меры медицинского характера, права лично участвовать в судебном заседании, если его психическое состояние позволяло ему участвовать в судебном заседании и осуществлять свои процессуальные права, является нарушением требований части 1 статьи 437 и части 1 статьи 441 УПК РФ, влекущим отмену состоявшегося судебного решения.

26. Суду следует иметь в виду, что в силу части 2 статьи 102 УК РФ лицо, которому назначена принудительная мера медицинского характера, подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров не реже одного раза в шесть месяцев для решения вопроса о наличии оснований для внесения представления в суд о прекращении применения или об изменении такой меры.

При этом согласно части 1 статьи 445 УПК РФ суд по подтвержденному медицинским заключением ходатайству администрации психиатрического стационара (учреждения), а также по ходатайству лица, к которому применена принудительная мера медицинского характера, его защитника или законного представителя прекращает, изменяет или продлевает на следующие шесть месяцев применение к данному лицу принудительной меры медицинского характера, что указывается в постановлении суда.

27. Рассматривая вопрос о продлении, изменении или прекращении применения принудительной меры медицинского характера, суд должен тщательно проверить обоснованность ходатайства, поданного в соответствии с частью 1 статьи 445 УПК РФ. Для этого суду надлежит выяснить результаты проведенного лечения и решить вопрос о необходимости дальнейшего медицинского наблюдения и лечения. В этих целях в судебное заседание может быть вызван представитель медицинского учреждения (психиатрического стационара), где наблюдается лицо, в отношении которого решается вопрос о продлении, изменении или прекращении применения принудительной меры медицинского характера. Участие в судебном заседании защитника, законного представителя лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, и прокурора обязательно.

В соответствии с частью 2 статьи 399 и частью 4 статьи 445 УПК РФ лицу, в отношении которого решается вопрос о продлении, изменении или прекращении применения к нему принудительной меры медицинского характера, должно быть обеспечено его непосредственное участие в судебном заседании либо предоставлена возможность изложить свою позицию путем использования систем видеоконференц-связи, если в соответствии с медицинским заключением его психическое состояние позволяет ему участвовать в судебном заседании. Вопрос о форме участия такого лица в судебном заседании решается судом.

В случае, когда психическое состояние лица, в отношении которого решается вопрос о продлении, изменении или прекращении применения принудительной меры медицинского характера, не позволяет ему лично участвовать в проводимом в помещении суда судебном заседании, рекомендовать судам рассматривать соответствующие материалы в психиатрическом стационаре.

Если медицинское заключение вызывает сомнение, суд по ходатайству лиц, участвующих в судебном заседании, или по собственной инициативе может назначить судебную экспертизу, истребовать дополнительные документы, а также допросить лицо, в отношении которого решается вопрос о прекращении, изменении или продлении применения принудительной меры медицинского характера, если это возможно по его психическому состоянию (часть 5 статьи 445 УПК РФ).

28. Суд прекращает или изменяет применение принудительной меры медицинского характера в случае такого психического состояния лица, при котором отпадает необходимость в применении ранее назначенной меры либо возникает необходимость в назначении иной принудительной меры медицинского характера. Суд продлевает принудительное лечение при наличии основания для продления применения принудительной меры медицинского характера (часть 6 статьи 445 УПК РФ).

29. Если в психическом состоянии лица, в отношении которого назначена принудительная мера медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра, произошли изменения, связанные с необходимостью помещения такого лица в психиатрический стационар для принудительного лечения, суд вправе изменить вид принудительной меры медицинского характера в соответствии с частью 1 статьи 99 УК РФ, когда имеются данные о том, что характер психического расстройства лица требует таких условий лечения, ухода, содержания и наблюдения, которые могут быть осуществлены только в психиатрическом стационаре. В постановлении надлежит указать обстоятельства, свидетельствующие о том, что психическое состояние лица после того, как к нему была применена принудительная мера медицинского характера, изменилось и он стал представлять повышенную опасность для себя или других лиц. Решение принимается в порядке, установленном статьей 445 УПК РФ.

30. Исходя из положений части 4 статьи 102 УК РФ, в случае прекращения применения принудительного лечения в психиатрическом стационаре суд может передать необходимые материалы в отношении лица, находившегося на принудительном лечении, органам здравоохранения для решения вопроса о его лечении или направлении в психоневрологическое учреждение социального обеспечения в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении.

31. В случае, если лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство и к которому была применена принудительная мера медицинского характера, признано выздоровевшим, то суд, в производстве которого находилось уголовное дело о применении принудительных мер медицинского характера, на основании медицинского заключения в соответствии с пунктом 12 статьи 397 и частью 3 статьи 396 УПК РФ выносит постановление о прекращении применения к данному лицу принудительной меры медицинского характера и решает вопрос о направлении руководителю следственного органа или начальнику органа дознания уголовного дела для производства предварительного расследования в общем порядке. Время, проведенное в психиатрическом стационаре, засчитывается в срок отбывания наказания в соответствии со статьей 103 УК РФ.

32. Обратить внимание судов, что помещение осужденного, к которому применена принудительная мера медицинского характера в соответствии с частью 2 статьи 99 УК РФ, в психиатрический стационар или иное лечебное учреждение при изменении его психического состояния, требующего стационарного лечения, согласно части 2 статьи 104 УК РФ производится в порядке и по основаниям, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации о здравоохранении.

33. Вступившее в законную силу решение суда о назначении, изменении, продлении или прекращении применения принудительной меры медицинского характера может быть пересмотрено в установленном законом порядке.

34. Рекомендовать судам в случае выявления обстоятельств, способствовавших совершению общественно опасного деяния, нарушений прав и свобод лиц, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительной меры медицинского характера, выносить частные постановления (определения), в которых обращать внимание соответствующих организаций или должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушений закона, требующие принятия необходимых мер (часть 4 статьи 29 УПК РФ).

35. В связи с принятием настоящего Постановления признать не действующим на территории Российской Федерации Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 26 апреля 1984 г. N 4 "О судебной практике по применению, изменению и отмене принудительных мер медицинского характера".

Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ

 Секретарь Пленума, судья Верховного Суда

Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 28 апреля 2011 г. N 7

 О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 23 ДЕКАБРЯ 2008 Г. N 28 "О ПРИМЕНЕНИИ НОРМ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, РЕГУЛИРУЮЩИХ ПРОИЗВОДСТВО В СУДАХ АПЕЛЛЯЦИОННОЙ И КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИЙ"

 В связи с вступлением в силу с 1 мая 2011 года абзацев третьего и четвертого подпункта "ж" пункта 1 и пункта 23 статьи 1 Федерального закона от 29 декабря 2010 г. N 433-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" в части пересмотра в апелляционном порядке не вступивших в законную силу промежуточных судебных решений верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда и в целях обеспечения единообразного и правильного применения уголовно-процессуального закона Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации,

 постановляет:

 внести следующие изменения в Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2008 г. N 28 "О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанций" (с изменениями, внесенными Постановлением Пленума от 30 июня 2009 г. N 12):

1. Дополнить пунктами 3.1, 3.2 и 3.3 следующего содержания:

"3.1. По смыслу пункта 53.2 статьи 5 УПК РФ под итоговым судебным решением, вынесенным при производстве по уголовному делу в верховном суде республики, краевом, областном суде, суде города федерального значения, суде автономной области, суде автономного округа, окружном (флотском) военном суде в качестве суда первой инстанции следует понимать приговор, определение, постановление суда, которыми уголовное дело разрешается по существу либо определение, постановление суда, вынесением которых завершается производство по уголовному делу в отношении конкретного лица.

К числу таких судебных решений относятся: приговор, определение, постановление о прекращении уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным УПК РФ, определение, постановление о применении или об отказе в применении принудительных мер медицинского характера и другие судебные решения.

3.2. По смыслу пункта 53.3 статьи 5 УПК РФ все иные определения и постановления суда, вынесенные в ходе досудебного производства по уголовному делу или при производстве по уголовному делу в верховном суде республики, краевом, областном суде, суде города федерального значения, суде автономной области, суде автономного округа, окружном (флотском) военном суде в качестве суда первой инстанции, которыми уголовное дело не разрешается по существу и не завершается производство по уголовному делу, являются промежуточными судебными решениями.

3.3. Обратить внимание судов на то, что положения главы 45.1 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 29 декабря 2010 г. N 433-ФЗ) в период с 1 мая 2011 года по 31 декабря 2012 года применяются исключительно в части пересмотра в апелляционном порядке не вступивших в законную силу промежуточных судебных решений верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда, вынесенных начиная с 1 мая 2011 года при производстве по уголовному делу в качестве суда первой инстанции и подлежащих самостоятельному обжалованию до вынесения итогового судебного решения по уголовному делу. Функции апелляционных инстанций в данном случае выполняют судебные коллегии по уголовным делам этих же судов.

Не вступившие в законную силу промежуточные судебные решения мировых судей, районных судов, гарнизонных военных судов, Верховного Суда Российской Федерации, подлежащие самостоятельному обжалованию до вынесения итогового судебного решения по уголовному делу, а также не вступившие в законную силу итоговые судебные решения всех судов, вынесенные в период с 1 мая 2011 года по 31 декабря 2012 года, обжалуются и пересматриваются в порядке, установленном главами 43 - 45 УПК РФ.".

2. Абзац первый пункта 4 исключить.

 Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума, судья Верховного Суда

Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ

 ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 28 июня 2011 г. N 11

О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ О ПРЕСТУПЛЕНИЯХ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ

Конституция Российской Федерации провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защиту - обязанностью государства (статья 2) и устанавливает, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только соразмерно конституционно значимым целям (статья 55).

В Российской Федерации признаются идеологическое и политическое многообразие, многопартийность; никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни (статья 13 Конституции Российской Федерации).

Согласно Конституции Российской Федерации государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств; запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности (статья 19).

Конституция Российской Федерации, гарантируя свободу мысли и слова, запрещает пропаганду или агитацию, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства (статья 29).

Международно-правовые стандарты в области прав человека, провозглашая право каждого человека на свободное выражение своего мнения, вместе с тем предусматривают, что всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию; всякое распространение идей, основанных на расовом превосходстве или ненависти, всякое подстрекательство к расовой дискриминации, а также все акты насилия или подстрекательство к таким актам, направленным против любой расы или группы лиц другого цвета кожи или этнического происхождения, предоставление любой помощи для проведения расистской деятельности, включая ее финансирование; всякая дискриминация на основе религии или убеждений должны быть запрещены законом (Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 года, Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года, Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации от 21 декабря 1965 года, Декларация Генеральной Ассамблеи ООН от 25 ноября 1981 года о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений, Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года).

Шанхайской конвенцией о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 15 июня 2001 года предусмотрено, что терроризм, сепаратизм и экстремизм, вне зависимости от их мотивов, не могут быть оправданы ни при каких обстоятельствах, а лица, виновные в совершении таких деяний, должны быть привлечены к ответственности в соответствии с законом.

В интересах реализации названных конституционных запретов и выполнения международных обязательств в Уголовном кодексе Российской Федерации предусмотрена ответственность за совершение преступлений экстремистской направленности.

В целях обеспечения единства судебной практики по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, постановляет:

 1. При рассмотрении уголовных дел о преступлениях экстремистской направленности судам следует обеспечивать, с одной стороны, охрану публичных интересов (основ конституционного строя, целостности и безопасности Российской Федерации), а с другой - защиту гарантированных Конституцией Российской Федерации прав и свобод человека и гражданина - свободы совести и вероисповедания, свободы мысли, слова, массовой информации, права свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, права собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

2. Исходя из положений примечания 2 к статье 282.1 УК РФ к числу преступлений экстремистской направленности относятся преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, предусмотренные соответствующими статьями Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации (например, статьями 280, 282, 282.1, 282.2 УК РФ, пунктом "л" части 2 статьи 105, пунктом "е" части 2 статьи 111, пунктом "б" части 1 статьи 213 УК РФ), а также иные преступления, совершенные по указанным мотивам, которые в соответствии с пунктом "е" части 1 статьи 63 УК РФ признаются обстоятельством, отягчающим наказание.

3. При производстве по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности судам необходимо иметь в виду, что согласно пункту 2 части 1 статьи 73 УПК РФ подлежат доказыванию мотивы совершения указанных преступлений.

Квалификация преступлений против жизни и здоровья, совершенных по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, по пункту "л" части 2 статьи 105, или по пункту "е" части 2 статьи 111, или по пункту "е" части 2 статьи 112, или по пункту "б" части 2 статьи 115, или по пункту "б" части 2 статьи 116 УК РФ исключает возможность одновременной квалификации содеянного по другим пунктам указанных частей этих статей, предусматривающим иной мотив или цель преступления (например, из хулиганских побуждений).

Преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, следует отграничивать от преступлений, совершенных на почве личных неприязненных отношений. Для правильного установления мотива преступления следует учитывать, в частности, длительность межличностных отношений подсудимого с потерпевшим, наличие с ним конфликтов, не связанных с национальными, религиозными, идеологическими, политическими взглядами, принадлежностью к той или иной расе, социальной группе.

4. Под публичными призывами (статья 280 УК РФ) следует понимать выраженные в любой форме (устной, письменной, с использованием технических средств, информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, включая сеть Интернет) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению экстремистской деятельности.

При установлении направленности призывов необходимо учитывать положения Федерального закона от 25 июля 2002 года N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности".

Вопрос о публичности призывов должен разрешаться судами с учетом места, способа, обстановки и других обстоятельств дела (обращения к группе людей в общественных местах, на собраниях, митингах, демонстрациях, распространение листовок, вывешивание плакатов, размещение обращения в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть Интернет, например на сайтах, в блогах или на форумах, распространение обращений путем веерной рассылки электронных сообщений и т.п.).

Преступление считается оконченным с момента публичного провозглашения (распространения) хотя бы одного обращения независимо от того, удалось побудить других граждан к осуществлению экстремистской деятельности или нет.

5. Обратить внимание судов на то, что статьей 280 УК РФ предусмотрена ответственность лишь за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности. Публичное распространение информации, в которой обосновывается необходимость совершения противоправных действий в отношении лиц по признаку расы, национальности, религиозной принадлежности и т.д., либо информации, оправдывающей такую деятельность, следует квалифицировать по статье 282 УК РФ при наличии иных признаков этого состава преступления.

Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности в силу предписаний части 3 статьи 17 УК РФ подлежат квалификации не по статье 280 УК РФ, а в зависимости от обстоятельств дела по части 1 или части 2 статьи 205.2 УК РФ.

6. При решении вопроса об использовании средств массовой информации (часть 2 статьи 280 и статья 282 УК РФ) судам следует учитывать положения Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2124-1 "О средствах массовой информации" (с последующими изменениями).

7. Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а равно на унижение достоинства человека или группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии либо принадлежности к какой-либо социальной группе, влекут уголовную ответственность по части 1 статьи 282 УК РФ только в том случае, если они совершены публично или с использованием средств массовой информации (например, выступления на собраниях, митингах, распространение листовок, плакатов, размещение соответствующей информации в журналах, брошюрах, книгах, в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть Интернет, и иные подобные действия, в том числе рассчитанные на последующее ознакомление с информацией других лиц).

Под действиями, направленными на возбуждение ненависти либо вражды, следует понимать, в частности, высказывания, обосновывающие и (или) утверждающие необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций, совершения иных противоправных действий, в том числе применения насилия, в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии и других групп лиц. Критика политических организаций, идеологических и религиозных объединений, политических, идеологических или религиозных убеждений, национальных или религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды.

При установлении в содеянном в отношении должностных лиц (профессиональных политиков) действий, направленных на унижение достоинства человека или группы лиц, судам необходимо учитывать положения статей 3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации, принятой Комитетом министров Совета Европы 12 февраля 2004 года, и практику Европейского Суда по правам человека, согласно которым политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в средствах массовой информации; государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в средствах массовой информации в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий. Критика в средствах массовой информации должностных лиц (профессиональных политиков), их действий и убеждений сама по себе не должна рассматриваться во всех случаях как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц, поскольку в отношении указанных лиц пределы допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц.

Предусмотренное частью 1 статьи 282 УК РФ преступление считается оконченным с момента совершения хотя бы одного действия, направленного на возбуждение ненависти либо вражды, а равно на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам их принадлежности к определенным полу, расе, национальности, языку или в зависимости от происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе.

8. Преступление, предусмотренное статьей 282 УК РФ, совершается только с прямым умыслом и с целью возбудить ненависть либо вражду, а также унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе.

Вопрос о том, является ли массовое распространение экстремистских материалов, включенных в опубликованный федеральный список экстремистских материалов, преступлением, предусмотренным статьей 282 УК РФ, или административным правонарушением (статья 20.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), должен разрешаться в зависимости от направленности умысла лица, распространяющего указанные материалы.

В случае, когда лицо распространяет экстремистские материалы, включенные в опубликованный федеральный список экстремистских материалов, с целью возбудить ненависть либо вражду, а также унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, содеянное им должно влечь уголовную ответственность по статье 282 УК РФ.

Не является преступлением, предусмотренным статьей 282 УК РФ, высказывание суждений и умозаключений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научных или политических дискуссиях и текстах и не преследующих цели возбудить ненависть либо вражду, а равно унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе.

9. В отличие от предусмотренных главой 16 Уголовного кодекса Российской Федерации насильственных преступлений против жизни и здоровья, совершаемых по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (пункт "л" части 2 статьи 105, пункт "е" части 2 статьи 111, пункт "е" части 2 статьи 112, пункт "б" части 2 статьи 115, пункт "б" части 2 статьи 116, пункт "з" части 2 статьи 117 УК РФ), насилие, применяемое при совершении преступления, предусмотренного статьей 282 УК РФ, является не только выражением ненависти в отношении конкретного потерпевшего, но и направлено на достижение специальной цели - возбуждение ненависти или вражды в других людях (о чем, например, может свидетельствовать применение в общественных местах в присутствии посторонних лиц насилия в отношении потерпевшего (потерпевших) по признаку принадлежности к определенной расе или национальности, сопровождаемое расистскими или националистическими высказываниями).

10. К лицам, использующим свое служебное положение, относятся, в частности, должностные лица, обладающие признаками, предусмотренными примечанием 1 к статье 285 УК РФ, государственные или муниципальные служащие, не являющиеся должностными лицами, а также иные лица, отвечающие требованиям, предусмотренным примечанием 1 к статье 201 УК РФ.

Использование служебного положения (пункт "б" части 2 статьи 282 и часть 3 статьи 282.1 УК РФ) выражается не только в умышленном использовании указанными выше лицами своих служебных полномочий, но и в оказании влияния исходя из значимости и авторитета занимаемой ими должности на других лиц в целях совершения ими действий, направленных, в частности, на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе.

11. В случаях совершения вандализма, уничтожения или повреждения памятников истории и культуры, надругательства над телами умерших и местами их захоронения по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы содеянное квалифицируется соответственно по статье 214, 243 или 244 УК РФ. Если наряду с указанными деяниями совершены действия, предусмотренные статьей 282 УК РФ (например, если на памятники нанесены надписи или рисунки соответствующего содержания, в присутствии посторонних лиц высказывались националистические лозунги), содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных соответственно статьей 214, 243 или 244 УК РФ и статьей 282 УК РФ.

12. Под экстремистским сообществом (статья 282.1 УК РФ) следует понимать устойчивую группу лиц, заранее объединившихся для подготовки или совершения одного или нескольких преступлений экстремистской направленности, характеризующуюся наличием в ее составе организатора (руководителя), стабильностью состава, согласованностью действий ее участников в целях реализации общих преступных намерений. При этом экстремистское сообщество может состоять из структурных подразделений (частей).

Для признания организованной группы экстремистским сообществом не требуется предварительного судебного решения о запрете либо ликвидации общественного или религиозного объединения либо иной организации в связи с осуществлением экстремистской деятельности.             Структурным подразделением (частью) экстремистского сообщества является функционально и (или) территориально обособленная группа, состоящая из двух или более лиц (включая руководителя этой группы), которая осуществляет преступную деятельность в рамках и в соответствии с целями экстремистского сообщества. Такие структурные подразделения (части) могут не только совершать отдельные преступления экстремистской направленности, но и выполнять иные задачи по обеспечению функционирования экстремистского сообщества (например, обеспечение сообщества оружием, иными предметами, используемыми в качестве оружия, производство листовок, литературы и других материалов экстремистского характера).

Объединение организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений экстремистского сообщества создается в целях разработки планов и (или) создания условий для совершения преступлений экстремистской направленности.

13. Разъяснить судам, что уголовная ответственность по статье 282.1 УК РФ за создание экстремистского сообщества, руководство им (его частью или входящими в такое сообщество структурными подразделениями) или за участие в нем наступает в случаях, когда организаторы, руководители и участники этого сообщества объединены умыслом на подготовку либо совершение преступлений экстремистской направленности при осознании ими общих целей функционирования такого сообщества и своей принадлежности к нему.

14. Уголовная ответственность за создание экстремистского сообщества (часть 1 статьи 282.1 УК РФ) наступает с момента фактического образования указанного сообщества, то есть с момента объединения нескольких лиц в целях подготовки или совершения преступлений экстремистской направленности и осуществления ими умышленных действий, направленных на создание условий для совершения преступлений экстремистской направленности или свидетельствующих о готовности экстремистского сообщества реализовать свои преступные намерения, независимо от того, совершили ли участники такого сообщества запланированное преступление экстремистской направленности. О готовности экстремистского сообщества к совершению указанных преступлений может свидетельствовать, например, достижение договоренности о применении насилия в общественных местах в отношении лиц по признакам принадлежности (или непринадлежности) к определенным полу, расе, национальности, языковой, социальной группе, в зависимости от происхождения, отношения к религии.

По части 1 статьи 282.1 УК РФ как создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений экстремистского сообщества квалифицируются действия, которые привели к образованию устойчивых связей между указанными лицами в целях совместной разработки планов и (или) создания условий для совершения преступлений экстремистской направленности.

15. Под руководством экстремистским сообществом, его частью или входящими в такое сообщество структурными подразделениями в статье 282.1 УК РФ следует понимать осуществление управленческих функций в отношении экстремистского сообщества, его части или структурных подразделений, а также отдельных его участников как при совершении конкретных преступлений экстремистской направленности, так и при обеспечении деятельности экстремистского сообщества.

Такое руководство может выражаться, в частности, в разработке общих планов деятельности экстремистского сообщества, в подготовке к совершению конкретных преступлений экстремистской направленности, в совершении иных действий, направленных на достижение целей, поставленных экстремистским сообществом или входящими в его структуру подразделениями при их создании (например, в распределении ролей между членами сообщества, в организации материально-технического обеспечения, в разработке способов совершения преступлений, в принятии мер безопасности в отношении членов экстремистского сообщества).

16. Под участием в экстремистском сообществе (часть 2 статьи 282.1 УК РФ) надлежит понимать вхождение в состав такого сообщества и участие в подготовке к совершению одного или нескольких преступлений экстремистской направленности и (или) непосредственное совершение указанных преступлений, а также выполнение лицом функциональных обязанностей по обеспечению деятельности такого сообщества (финансирование, снабжение информацией, ведение документации и т.п.).

Преступление в форме участия лица в экстремистском сообществе считается оконченным с момента начала подготовки к совершению преступления экстремистской направленности или совершения хотя бы одного из указанных преступлений или иных конкретных действий по обеспечению деятельности экстремистского сообщества.

17. При совершении участником экстремистского сообщества конкретного преступления его действия должны квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 282.1 УК РФ и соответствующей частью (пунктом) статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом квалифицирующего признака "организованная группа". Если состав совершенного лицом преступления не предусматривает в качестве квалифицирующего признака совершение его организованной группой, то действия лица подлежат квалификации по части 2 статьи 282.1 УК РФ и соответствующей части (пункту) статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей квалифицирующий признак "группой лиц по предварительному сговору", а при его отсутствии - по признаку "группой лиц".

В случае, если состав совершенного лицом преступления не предусматривает в качестве квалифицирующего признака совершение его организованной группой, группой лиц по предварительному сговору или группой лиц, действия лица необходимо квалифицировать по части 2 статьи 282.1 УК РФ и соответствующей статье Уголовного кодекса Российской Федерации. При этом совершение участниками экстремистского сообщества конкретного преступления в составе организованной группы в соответствии с пунктом "в" части 1 статьи 63 УК РФ признается в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.

18. Субъектами преступлений, предусмотренных статьей 282.1 УК РФ, могут быть лица, достигшие шестнадцатилетнего возраста. Лица в возрасте от 14 до 16 лет, совершившие совместно с членами экстремистского сообщества конкретные преступления, подлежат уголовной ответственности лишь за те преступления, ответственность за которые предусмотрена законом с четырнадцатилетнего возраста (статья 20 УК РФ).

19. В соответствии со статьей 1 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности" террористическая деятельность является разновидностью экстремистской деятельности (экстремизма). С учетом этого при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных статьей 282.2 УК РФ, к общественным или религиозным объединениям либо к иным организациям, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, следует относить организации, указанные в специальных перечнях (списках) в соответствии со статьей 9 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности" и статьей 24 Федерального закона от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Обратить внимание судов, что в соответствии с распоряжениями Правительства Российской Федерации от 15 октября 2007 года N 1420-р и от 14 июля 2006 года N 1014-р такие перечни (списки) подлежат официальному опубликованию в "Российской газете".

20. Под организацией деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности (часть 1 статьи 282.2 УК РФ), следует понимать действия организационного характера, направленные на продолжение или возобновление противоправной деятельности запрещенной организации (например, созыв собраний, организация вербовки новых членов, шествий, использование банковских счетов, если это не связано с процедурой ликвидации).

Под участием в деятельности экстремистской организации (часть 2 статьи 282.2 УК РФ) понимается совершение лицом умышленных действий, направленных на осуществление целей экстремистской организации (проведение бесед в целях пропаганды деятельности запрещенной организации, вербовка новых участников, непосредственное участие в проводимых мероприятиях и т.п.).

При совершении организатором (руководителем) или участником экстремистской организации конкретного преступления его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных частью 1 или частью 2 статьи 282.2 УК РФ и соответствующей статьей Уголовного кодекса Российской Федерации.

21. При решении вопроса о разграничении преступлений, предусмотренных статьей 282.2 УК РФ, и административного правонарушения, предусмотренного статьей 20.28 КоАП РФ, необходимо учитывать, что организация деятельности и участие в деятельности общественного или религиозного объединения, в отношении которого действует имеющее законную силу решение о приостановлении его деятельности, влекут административную ответственность, а совершение указанных действий при наличии вступившего в законную силу решения о ликвидации или запрете деятельности общественного или религиозного объединения в связи с осуществлением им экстремистской деятельности влечет уголовную ответственность.

22. В соответствии с примечанием к статье 282.2 УК РФ лицо, добровольно прекратившее участие в деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Под добровольным прекращением участия в деятельности экстремистской организации применительно к указанному примечанию понимается прекращение лицом преступной деятельности при осознании им возможности ее продолжения. Оно может выражаться, например, в выходе из состава экстремистской организации, невыполнении распоряжений ее руководителей, отказе от совершения иных действий, поддерживающих существование организации, отказе от совершения преступлений.

23. В необходимых случаях для определения целевой направленности информационных материалов может быть назначено производство лингвистической экспертизы. К производству экспертизы могут привлекаться, помимо лингвистов, и специалисты соответствующей области знаний (психологи, историки, религиоведы, антропологи, философы, политологи и др.). В таком случае назначается производство комплексной экспертизы.

При назначении судебных экспертиз по делам о преступлениях экстремистской направленности не допускается постановка перед экспертом не входящих в его компетенцию правовых вопросов, связанных с оценкой деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции суда. В частности, перед экспертами не могут быть поставлены вопросы о том, содержатся ли в тексте призывы к экстремистской деятельности, направлены ли информационные материалы на возбуждение ненависти или вражды.

Исходя из положений статьи 198 УПК РФ судам при рассмотрении уголовных дел о преступлениях экстремистской направленности надлежит обеспечить подсудимому возможность ознакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы независимо от ее вида и с полученным на ее основании экспертным заключением либо с сообщением о невозможности дать заключение; заявить отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении, о привлечении в качестве эксперта указанного им лица либо о производстве судебной экспертизы в конкретном экспертном учреждении, о внесении в определение (постановление) о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту.

В силу положений части 4 статьи 271 УПК РФ суд при рассмотрении уголовных дел о преступлениях экстремистской направленности не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве специалиста, явившегося в судебное заседание по инициативе любой стороны. При этом суду следует проверять, обладает ли данное лицо специальными знаниями в вопросах, являющихся предметом судебного разбирательства.

Суд вправе в соответствии с частью 1 статьи 69, пунктом 3 части 2 статьи 70, частью 2 статьи 71 УПК РФ принять решение об отводе специалиста в случае непредставления документов, свидетельствующих о наличии специальных знаний у лица, о допросе которого в качестве специалиста было заявлено ходатайство, признания этих документов недостаточными либо ввиду некомпетентности, обнаружившейся в ходе его допроса.

24. Судам необходимо обеспечивать индивидуализацию наказания, назначаемого лицам, признанным виновными в совершении преступлений экстремистской направленности. При назначении наказания лицу, не достигшему ко времени совершения указанного преступления совершеннолетнего возраста, суду в соответствии с частью 1 статьи 89 УК РФ следует выяснять и учитывать условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц.

25. В отношении лиц, признанных виновными в совершении преступлений, предусмотренных статьями 282.1 и 282.2 УК РФ, суду в соответствии с пунктами "а", "б", "в" части 1 статьи 104.1 УК РФ необходимо решать вопрос о конфискации денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения указанных преступлений, и любых доходов от этого имущества; денег, ценностей и иного имущества, в которые это имущество и доходы от него были частично или полностью превращены или преобразованы; денег, ценностей и иного имущества, используемых или предназначенных для финансирования организованной группы.

Исходя из положений пункта "г" части 1 статьи 104.1 УК РФ и части 3 статьи 81 УПК РФ судом может быть принято решение о конфискации орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих подсудимому.

26. Рекомендовать судам при рассмотрении уголовных дел о преступлениях экстремистской направленности в соответствии с частью 4 статьи 29 УПК РФ выявлять обстоятельства, способствовавшие совершению указанных преступлений, и частными определениями (постановлениями) обращать на них внимание соответствующих организаций и должностных лиц.

Председатель Верховного Суда Российской Федерации В.М.ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума, судья Верховного Суда

Российской Федерации В.В.ДОРОШКОВ

 Информационное письмо от 11.07.2011 года

о возмещении имущественного вреда, причинённого в результате террористических актов.

По информации, поступившей в Верховный Суд Российской Федерации из Министерства финансов Российской Федерации, судами Северо-Кавказского федерального округа за счёт казны Российской Федерации удовлетворяются требования граждан о возмещении имущественного вреда, причинённого в результате террористических актов. При этом суммы, подлежащие взысканию, определяются исходя из стоимости утраченного имущества, указываемого истцами в исковых заявлениях в произвольной форме.

Между тем согласно ст. 18 Федерального закона от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» физическим и юридическим лицам, которым был причинён ущерб в результате террористического акта, государством осуществляются компенсационные выплаты.

Порядок и размеры указанных компенсационных выплат установлены постановлением Правительства Российской Федерации от 13 октября 2008 г. № 750 «О порядке выделения бюджетных ассигнований из резервного фонда Правительства Российской Федерации по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и последствий стихийных бедствий», которым и следует руководствоваться, при разрешении данной категории дел.

Так, в соответствии с подп. «д» пункта 10 названного постановления гражданам в связи с утратой имущества оказывается финансовая помощь из расчёта за частично утраченное имущество - до 50 тысяч рублей на семью, за полностью утраченное имущество до 100 тысяч рублей на семью.

При рассмотрении иных требований, связанных с возмещением вреда

причинённого в результате террористических актов, необходимо  также  обеспечить неукоснительное соблюдение действующего законодательства, регламентирующего основания и условия возмещения такого вреда за счёт бюджетных ассигнований.

Настоящее информационное письмо необходимо подробно изучить на совещании судей и руководствоваться им в практической деятельности.

ПредседательСтавропольского краевого суда      А.Ю.Корчагин                                                        

Информационное письмо от 06.04.2011г.

Изучением практики участия защитников в уголовном судопроизводстве по назначению и порядку оплаты их труда, в работе судов края выявлены существенные недостатки в применении законодательства о взыскании с осужденных процессуальных издержек (к которым относятся и расходы на оплату труда адвокатов), в связи с чем, следует обратить особое внимание судов на недопустимость подобного рода нарушений.

В соответствии с законом суды края не разрешают вопросы возмещения процессуальных издержек, связанных с оплатой труда защитника по назначению.

В связи с чем, вынесенные решения о принятии данных издержек на счет государства, не могут быть признаны обоснованными, без оценки всех значимых для разрешения данного вопроса обстоятельств и учета требований уголовно-процессуального закона.

Такая правоприменительная практика, когда суды, разрешая ходатайства адвокатов по назначению о возмещении расходов, связанных с оплатой их труда, руководствуются только нормой ч. 5 ст.50 УПК РФ, без взаимосвязи с другими положениями норм уголовно-процессуального закона, является ошибочной, так как законом предусмотрено иное.

В соответствии с ч.5 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам.

В соответствии с ч.ч.4, 6,8 статьи 132 УК РФ процессуальные издержки, связанные с расходами на оплату труда защитника по назначению, взыскиваются с осужденного, за исключением случаев когда подозреваемый или обвиняемый заявляют об отказе от защитника, если же отказ не был удовлетворен, и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, то расходы на оплату труда адвоката возмещаются за счет средств федерального бюджета, как и в случае имущественной несостоятельности осужденного. По уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, суд может возложить обязанность возместить процессуальные издержки на законных представителей несовершеннолетних.

Таким образом, уголовно-процессуальным законодательством урегулирован как порядок и условия обеспечения обвиняемому права на помощь защитника (адвоката), в том числе по назначению (ст. 16,47,49-52 УПК РФ), так и порядок взыскания расходов на их оплату, в случае участия по назначению, отнеся данные расходы к процессуальным издержкам (п.5 ч.2 ст. 131 УПК РФ), предусмотрев возможность освобождения обвиняемого от возмещения таких расходов в случаях отказа от помощи адвоката, реабилитации обвиняемого или его имущественной несостоятельности (ч.4-6 ст. 132 УПК РФ).

В силу взаимосвязанных положений ст. 35, 45, 46, 48 и ч.3 ст.56 Конституции РФ, а также основанных на них положений уголовно-процессуального закона, включая ст. 131 и 132 УПК РФ, процессуальные издержки по уголовному делу могут быть взысканы с осужденного только по решению суда после разрешения уголовного дела по существу. В резолютивной части приговора должно быть указано, на кого и в каком размере они возложены (ч.2 ст. 132, п.13 ч.1 ст.299 и п.3 ч.1 ст.309 УПК РФ). В случаях не разрешения данного вопроса при вынесении приговора, он разрешается тем же судом в порядке ст. 397 УПК РФ.

Разъяснения судам по применению законодательства о взыскании процессуальных издержек даны в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 сентября 1973 года № 8 «О судебной практике по применению законодательства о взыскании процессуальных издержек по уголовным делам» (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.1993 №11, от 06.02.2007 №7).

Таким образом, вопрос о взыскании процессуальных издержек, связанных с расходами на оплату труда защитника по назначению, должен разрешаться судом одновременно с постановкой приговора, обеспечив в разрешении данного вопроса участие всех процессуальных лиц. Принимая решение о взыскании указанных процессуальных издержек с осужденного, необходимо учитывать, имеют ли место обстоятельства, исключающие возможность такого взыскания с осужденного (наличие неудовлетворенного судом отказа от защитника по назначению, имущественной несостоятельности осужденного, реабилитации обвиняемого). При принятии решений о взыскании процессуальных издержек с осужденного, суд обязан в резолютивной части приговора указать на кого и в каком размере они должны быть возложены. Если осужденные являются несовершеннолетними, то суд может принять решение о взыскании данных издержек с их законных представителей. В случае принятия решения об отнесении процессуальных издержек на счет государства, мотивы такого решения также необходимо привести в приговоре.

Если по какой- либо причине указанный вопрос не был разрешен судом при постановке приговора, то данная ошибка в качестве исключения (а не как правило) может быть исправлена в порядке ст. 397 УПК РФ, при этом осужденный, изъявив желание участвовать в судебном заседании, не может быть лишен такой возможности.

Прошу данное письмо обсудить на совещании с судьями.

Председатель Ставропольского краевого суда    А.Ю. Корчагин

В Президиуме Ставропольского краевого суда

  По уголовным делам

Прокурор, который является близким родственником следователя, в чьем производстве находилось уголовное дело, не вправе согласно п. 3 ч.1 ст. 61 УК РФ участвовать в рассмотрении дела судом в качестве государственного обвинителя

Приговором Советского районного суда Ставропольского края от 13.04.2010г., Л.О.Б. осужден  по ст.111 ч.4 УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 9.06.2010года приговор оставлен без изменения.

Постановлением Президиума Ставропольского краевого суда  от 7.04.2011г. указанные судебные решения отменены по следующим основаниям:

Согласно ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на  основе состязательности сторон.

В соответствии с ч. 5 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель представляет доказательства и участвует в их исследовании, излагает суду свое мнение по существу обвинения, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, высказывает суду предложение о применении уголовного закона и назначении наказания подсудимому.

Согласно ч. 7 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель правомочен не только поддержать обвинение в суде, но и отказаться от обвинения, если в ходе судебного разбирательства придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение.

Судом установлено, что государственный обвинитель по делу С.Е.В. является сестрой следователя Советского МСО СУ СК при прокуратуре РФ по Ставропольскому краю С.В.В., в производстве которого с 28.09.2009 года по 30.09.2009 года находилось уголовное дело в отношении Л.О.Б.

Постановлением Советского районного суда от 07.04.2010г. ходатайство адвоката С.С.Н. об отводе государственного обвинителя С.Е.В. оставлено без удовлетворения.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд указал, что следователь С.В.В. следственных и процессуальных действий по делу не выполнил, в связи с чем суд посчитал, что государственный обвинитель С.Е.В. лично, прямо или косвенно не заинтересована в исходе уголовного дела.

Вместе с тем, согласно ст. 61 УПК РФ судья, прокурор, следователь, дознаватель не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он является близким родственником или родственником любого из участников производства по данному уголовному делу. При этом закон не требует наличия дополнительных условий в виде личной, прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела.

Невыполнение следственных действий в период нахождения уголовного дела в производстве следователя С.В.В. не влияет на принятие решения об отводе государственного обвинителя С.Е.В., поскольку уголовно-процессуальный закон не связывает наличие обстоятельств, исключающих участие в уголовном судопроизводстве, выполнением определенных следственных действий. Следователем С.Е.В. выполнено процессуальное действие — принятие уголовного дела к производству.

Таким образом, прокурор, который является близким родственником следователя, в чьем производстве находилось уголовное дело, не вправе согласно п. 3 ч.1 ст. 61 УК РФ участвовать в рассмотрении дела судом в качестве государственного обвинителя. Приговор в отношении Л.В.В. постановлен с участием государственного обвинителя, подлежавшего отводу.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступлений других лиц

Приговором Пятигорского городского суда Ставропольского края от 25.06.2010г. Д.Ю.Р. осуждена по ч.1ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам лишения свободы со штрафом в размере 5000рублей в доход  государства.   На основании  ст.   73   УК   РФ  наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 20.10.2010г. приговор суда оставлен без изменения.

Постановлением Президиума Ставропольского краевого суда от 19.05.2011г. приговор суда и кассационное определение судебной коллегии изменены в виду нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона по следующим  основаниям.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемых и лишь по предъявленному ему обвинению.

С учетом положения ст. 252 УПК РФ суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступлений других лиц. Это требование закона судом нарушено.

Так, в описательно-мотивировочной части приговора суд указал, что 10.01.2010г. примерно в 21 час 30 минут, Д.Ю.Р. совершила кражу имущества Ч.СМ. по предварительному сговору с К.А.И.

Вместе с тем уголовное дело в отношении К.А.И. постановлением начальника отделения СО при ОВД по г, Пятигорску от 27 мая 2010 года выделено в отдельное производство, на основании постановления указанного должностного лица от 09 июня 2010 года К.А.И. объявлен в розыск.

В этой связи суд необоснованно указал в приговоре о совершении преступления Д.Ю.Р. по предварительному сговору с К.А.И., в связи с чем данное обстоятельство исключено из описательно-мотивировочной части приговора, указав  на совершение Д.Ю.Р. кражи по предварительному сговору с лицом, в отношении которого выделено в отдельное производство.

Кроме того, при назначении наказания Д.Ю.Р. судом неправильно применен уголовный закон.

В соответствии со ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. п. «и, к» ч.1 ст. 61 УК РФ и отсутствии отягчающих обстоятельств, срок наказания не может превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Согласно ч. 7 ст. 316 УПК РФ срок наказания не может превышать 2/3 максимального срока наиболее строгого вида наказания.

По смыслу закона и разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 05 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел», при наличии оснований, предусмотренных ст.. 62 УК РФ, наказание виновному назначается по правилам как этой статьи, так и ч. 7 ст. 316 УПК РФ.

При назначении наказания Д.Ю.Р. по ч. 1 ст. 158 УК РФ данные положения не соблюдены.

Санкция ч. 1 ст. 158 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком до 2 лет. В соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ срок наказания не может превышать 2/3 максимального срока наиболее строгого вида наказания, т.е. 1 года 4 месяцев лишения свободы.

В качестве смягчающего наказание Д.Ю.Р. обстоятельства судом признана явка с повинной, наличие малолетнего ребенка. Отягчающих обстоятельств не установлено.

В этой связи наказание Д.Ю.Р. с учетом положений ст. 62 УК РФ  снижено  по ч.1 ст.158 УК РФ наказание до 10 месяцев 20 дней. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения  данного наказания и наказания, назначенного судом по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ окончательно назначено 2 года 10 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 5000рублей в доход государства.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы  считается условным с испытательным сроком 2 года.

В Президиуме Ставропольского краевого суда

По гражданским делам

Поскольку утрата товарной стоимости транспортного средства относится к реальному ущербу, она подлежит взысканию со страховой организации по договору обязательного страхования гражданской ответственности в переделах страховой суммы, установленной по договору  обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств

З.А.В. обратился к мировому судье судебного участка № 2 Изобильненского района Ставропольского края с исковым заявлением к ООО «Агромаркет» с требованием о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 34639 руб.53коп. и расходов по оплате госпошлины в размере 1141 руб.

Решением мирового судьи судебного участка № 2 Изобильненского района Ставропольского края от 07.12.2009г. исковые требования З.А.В. удовлетворены в полном объеме. В пользу З.А.В. с ООО «Агромаркет» взыскана сумма причиненного ущерба в размере 34 639 руб. 53коп. и расходы по оплате госпошлины в размере 1141 рубль.

Апелляционным определением Изобильненского районного суда от 24.02.2010г. решение мирового судьи судебного участка № 2 Изобильненского района Ставропольского края от 07.12.2009г. оставлено без изменения, снижена лишь сумма причиненного материального ущерба, подлежащая взысканию с ООО «Агромаркет» в пользу З.А.В. до 32 639руб. 53 коп.

Постановлением Президиума Ставропольского краевого суда от 27.05.2010г. указанные выше судебные решения отменены по следующим основаниям:

Удовлетворяя требования истца, мировой судья исходил из установленных в судебном заседании фактов совершенного 22.07.2009г. К.А.А., управлявшим автомашиной «Форд-Мондео», принадлежащей ООО «Агромаркет», дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля ВАЗ-11193 «Лада-Калина» под управлением З.А.В.

К.А.А. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

В силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления либо на ином законном основании.

Гражданская ответственность ООО «Агромаркет» за причинение вреда жизни, здоровью и имуществу потерпевших при использовании данного транспортного средства была застрахована согласно страховому полису обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства «….» от 05.05.2009 г. в ООО «Росгосстрах-Юг».

Страховая компания возместила З.А.В. расходы на ремонт автомашины в сумме 46110 руб. 47 коп.

Реальные расходы, понесенные З.А.В. на восстановление автомобиля в прежнем состоянии и подтвержденные надлежащими доказательствами в судебном заседании составили 80750 руб.

Исходя из положений ст. 1064, ст. 1072 ГК РФ и п. п. «б» п. 63 «Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» суды пришли к выводу о необходимости взыскания понесенного З.А.В. реального ущерба, за исключением выплаченного страхового возмещения, с владельца источника повышенной опасности ООО «Агромаркет».

Между тем, указанный вывод основан на неправильном толковании закона.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу подпункта «б» пункта 63 «Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» размер страховой   выплаты   в   случае   причинения   вреда   имуществу   потерпевшего определяется в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до наступления страхового случая (восстановительных расходов). Восстановительные расходы оплачиваются исходя из средних сложившихся в соответствующем регионе цен. При определении размера восстановительных расходов учитывается износ частей, узлов, агрегатов и деталей, используемых при восстановительных работах.

Данная норма, как следует из ее содержания, предусматривает при наступлении страхового случая возмещение лишь восстановительных расходов, исчерпывающе перечисленных в пункте 64 Правил, и не предполагает включение в состав страховой выплаты величины утраты товарной стоимости.

Из материалов выплатного дела, исследованного в судебном заседании, заключения о стоимости ремонта транспортного средства, следует, что страховой компанией стоимость устранения дефектов транспортного средства З.А.В. определена в 54583 рубля 87 копеек. С учетом износа 24,01 % сумма к выплате составила 46110 рублей 47 копеек.

Суды при разрешении спора руководствовались абзацем первым подпункта «б» пункта 63 Правил, давая ему такое же толкование, в связи с чем, взыскание суммы, необходимой для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до наступления страхового случая (восстановительных расходов), осуществлено с ответчика, за исключением выплаченного страхового возмещения.

Между тем, указанное положение «Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в таком его толковании, которое исключает из состава страхового возмещения величину утраты товарной стоимости, расходится с содержанием и целями Федерального закона от 25.04.2002г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (в редакции от 30.12.2006г.), снижает установленные гарантии права потерпевшего на возмещение вреда, причиненного его имуществу при использовании транспортного средства иными лицами, в пределах, предусмотренных этим Федеральным законом.

Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» на владельцев транспортных средств возложена обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств (пункт 1 статьи 4), путем заключения договора обязательного страхования со страховой организацией (пункт 1 статьи 15), по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненные вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (абзац восьмой статьи 1).

По смыслу приведенных законоположений при наступлении страхового случая   потерпевший   (выгодоприобретатель)   имеет   право   на   получение   в пределах определенной договором суммы страховой выплаты в том объеме, в котором возникает по правилам главы 59 ГК РФ деликтное обязательство лица, застраховавшего свою ответственность.

Исключение из этого правила предусмотрено непосредственно названным Федеральным законом. В нем обязательства страховщика по возмещению причиненного потерпевшим вреда ограничены не только пределами страховой суммы (статья 7), но и исчерпывающим перечнем случаев наступления ответственности, не относящейся к страховому риску по обязательному страхованию (пункт 2 статьи 6). Гражданская ответственность по обязательству, возникающему вследствие причинения вреда утратой товарной стоимости имущества, в данный перечень не входит, следовательно, относится к страховому риску по обязательному страхованию.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения, причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1); под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из анализа статьи 6 во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» следует, что при причинении вреда имуществу потерпевшего возмещению в пределах страховой суммы подлежит реальный ущерб. Такое условие публичного договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств непосредственно закреплено и в подпункте «а» пункта 60 «Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида автомобиля и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Таким образом, поскольку утрата товарной стоимости транспортного средства относится к реальному ущербу, она подлежит взысканию со страховой организации по договору обязательного страхования гражданской ответственности в переделах страховой суммы, установленной Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». И только в случае, если страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, разница между страховым возмещением и фактическим размером ущерба может быть взыскана в силу статей 1064 и 1072 ГК РФ с причинителя вреда.

Указанная правовая позиция выражена в Решении Верховного Суда РФ от 24.07.2007г. № ГКПИ07-658, которым абзац первый подпункта «б» пункта 63 признан недействующим в части, исключающей величину утраты товарной стоимости из состава страховой выплаты в случае повреждения имущества потерпевшего.

Кроме того, как видно из материалов дела, заключения о стоимости ремонта транспортного средства из которой рассчитывалась сумма страхового возмещения, стоимость устранения дефектов транспортного средства З.А.В. составляет 54583 рубля 87 копеек. Из представленных З.А.В. доказательств в виде наряд-заказа № 000617 от 29.09.2009г., товарных и кассовых чеков стоимость ремонтно-восстановительных работ составила 80750 рублей. Указанные противоречия судом не устранены, обоснованность затраченных средств на восстановление не установлена.

Положение кредитного договора, предусматривающее взимание с заемщика платы за открытие ссудного счета и рассмотрение заявки на выдачу кредита, которое банк должен осуществлять за свой счет, является недействительным.

Минераловодская местная общественная организация защиты прав потребителей «…» в интересах Ч.Е.А. обратилась в суд с исковым заявлением к Акционерному коммерческому Сберегательному Банку РФ (ОАО) в лице Пятигорского отделения № 30 о взыскании неосновательного обогащения, признании частично недействительным договора, компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований истец указал, что 23.03.2010г. между Ч.Е.А. и Акционерным коммерческим Сберегательным Банком РФ (ОАО) в лице Пятигорского отделения № 30 был заключен кредитный договор № «…»  на срок до 23.07.2014г., в соответствии с которым ответчик предоставил Ч.Е.А. кредит в сумме 1 170 000 рублей. Пунктом 3.1. этого договора было предусмотрено обязательство Ч.Е.А. уплатить ответчику единовременный платеж (комиссию) в размере 46 800 рублей за открытие счета и выдачу кредита. Уплата данной комиссии являлась обязательным условием получения кредита по договору. В этот же день, то есть 23.03.2010г., данная комиссия была уплачена Ч.Е.А. полностью в кассу ответчика на основании приходного кассового ордера № «…». Действия ответчика по взиманию платы за открытие и ведение ссудного счета ущемляют установленные законом права истца. Таким образом, условие 3.1 договора о том, что ответчик за открытие ссудного счета взимает единовременный платеж, не основано на законе и является нарушением потребительских прав истца. Кроме того, как утверждал истец, в результате незаконной уплаты комиссии за обслуживание ссудного счета, Ч.Е.А. были причинены нравственные страдания, в связи с чем, истец просил взыскать в её пользу денежную компенсации морального вреда в размере 2000рублей.

Решением мирового судьи судебного участка № 10 г. Пятигорска от 31.08.2010г, оставленным без изменения апелляционным определением Пятигорского городского суда от 08.12.2010г, в удовлетворении иска отказано.

Определением судьи Ставропольского краевого суда от 3.06.2011года дело передано для рассмотрения в судебном заседании надзорной инстанции – президиума Ставропольского краевого суда.

Как усматривается из материалов дела, истцом заявлено требование о признании недействительным п. 3.1 Кредитного договора № «…»  от 23.03.2010г., заключенного между Ч.Е.А. и ответчиком, по которому Кредитор открывает Заемщику ссудный счет, а заемщик уплачивает Кредитору за выдачу кредита единовременный платеж (ТАРИФ)- 46 800 рублей (4% от суммы кредита) не позднее даты выдачи кредита.

В соответствии со ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей», условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Запрещается обуславливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением других товаров (работ, услуг).

Однако условие оспариваемого кредитного договора о взимании комиссии (ТАРИФа) с Ч.Е.А. ущемляет её права, как потребителя, установленные названным Законом,  по следующим основаниям.

Без рассмотрения заявок потенциальных заемщиков на получение кредита и открытия счета банк не может осуществлять один из своих основных видов деятельности  -  размещение  в  кредит  под  проценты  денежных   средств, привлеченных им во вклады от физических и юридических лиц (п.п. 1-2 ст. 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»).

Под услугой действующее гражданское законодательство понимает совершение исполнителем определенных действий или осуществление определенной деятельности (п. 1 ст. 779 ГК РФ).

Поскольку рассмотрение заявки на выдачу кредита совершается банком, прежде всего, в своих интересах (ибо создает необходимые условия для получения банком прибыли от размещения денежных средств в виде кредитов), данное действие не является услугой, оказываемой заемщику, в смысле положений п. 1 ст. 779 ГК РФ.

Таким образом, положение кредитного договора, предусматривающее взимание с заемщика платы за открытие ссудного счета и рассмотрение заявки на выдачу кредита, которое банк должен осуществлять за свой счет, является недействительным, как противоречащее п. 1 ст. 779, п. 1 ст. 819 ГК РФ, п. 2 ст. 5 Федерального Закона «О банках и банковской деятельности», ст. ст. 16, 37 Закона РФ «О защите прав потребителей».

В силу ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или кредитная организацию (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Таким образом, закон, помимо единственного вида вознаграждения по данной категории правоотношений - процентов, установил также последовательность действий, которые должны совершить стороны кредитного договора для возникновения и прекращения гражданских прав и обязанностей: заключить кредитный договор, предоставить кредитные денежные средства в размере и на условиях кредитного договора, вернуть полученную сумму и уплатить проценты за пользование кредитными денежными средствами. Однако ответчик, помимо указанных действий, обязал Заемщика, согласно условиям кредитного договора, совершить еще одно действие, а именно: уплатить комиссию за открытие ссудного счета и выдачу кредита не позднее даты получения кредита. То есть при неуплате указанной в договоре комиссии в выдаче кредитных денежных средств будет автоматически отказано, что нарушает п. 2 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей», который запрещает обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг).

Порядок предоставления кредита регламентирован Положением Центрального Банка РФ от 31.08.1998г. №54-П «О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)».

Пункт 2.1.2 названного Положения предусматривает предоставление денежных средств физическим лицам - в безналичном порядке путем зачисления денежных средств на банковский счет клиента - заемщика физического лица.  Под указанным  счетом по  смыслу данного  Положения понимается также счет по учету сумм привлеченных банком вкладов (депозитов) физических лиц в банке либо наличными денежными средствами через кассу банка.

По договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету (пункт 1 статьи 845 ГК РФ). Из Положения «О правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации» (утвержденного Банком России 26 марта 2007 г. №302-П) следует, что условием предоставления и погашения кредита (кредиторская обязанность банка) является открытие и ведение банком ссудного счета.

Таким образом, ссудные счета представляют собой счета, используемые для отражения в балансе банка образования и 'погашения ссудной задолженности, то есть операций по предоставлению заемщикам и возврату ими денежных средств (кредитов) в соответствии с заключенными кредитными договорами. Ссудный счет не является банковским счетом физического лица, то есть банковской операцией, в том смысле, который следует из части 1 статьи 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности», в связи с чем, действия банка по открытию и ведению ссудного счета не являются банковской услугой, оказываемой заемщику, а являются обязанностью банка, носящей публично-правовой характер.

Между тем, плата за выдачу суммы кредита, по условиям оспариваемого пункта вышеуказанного кредитного договора, возложена фактически на Заемщика, в то время как действующим законодательством не предусмотрено установление банком дополнительного платежа по кредитному договору в виде единовременной комиссии (ТАРИФА) за открытие счета и выдачу кредита.

Суд не учел также, что заключенный с Ч.Е.А. кредитный договор является типовым, с заранее определенными в нем для сторон условиями, что, в свою очередь, лишило её возможности влиять на его содержание и регулировать его условия.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 23.02.1999г. № 4-П «По делу о проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 03.02.1996г. «О банках и банковской деятельности» содержится указание на то, что гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, то есть для банков.

Данным обстоятельствам суд оценки не дал.

В судебных коллегиях краевого суда

по уголовным делам

Действия должностного лица, проводящего оперативно-розыскное мероприятие в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», обжалуются в порядке ст. 125 УПК РФ.

Постановлением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 07 апреля 2011 года производство в порядке ст. 125 УПК РФ по жалобе директора ГУ «Центр занятости населения Изобильненского района» Ставропольского края Ш. на действия оперуполномоченного межрайонного оперативно-розыскного отдела г. Изобильный ОРЧ (по налоговым преступлениям) № 1 ГУВД по Ставропольскому краю по проведению оперативно-розыскного мероприятия по обследованию помещений, зданий прекращено.  Рассмотрев кассационную жалобу Ш., судебная коллегия отменила постановление и в кассационном определении от 1 июня 2011 г., указала следующее.

Вывод суда о том, что жалоба Ш. должна рассматриваться в порядке гражданского судопроизводства (гл.25 ГПК РФ –производство по делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, должностных лиц), ошибочен.

Очевиден факт того, что оперуполномоченный межрайонного оперативно-розыскного отдела г. Изобильный оперативно-розыскной части (по налоговым преступлениям) № 1 ГУВД -Б. является участником уголовного судопроизводства (ст.5 УПК РФ).

В соответствии с разъяснениями данными в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 г. N 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации» (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2010 N 31), исходя из положений части 1 статьи 125 УПК РФ могут быть обжалованы решения и действия (бездействие) должностных лиц в связи с их полномочиями по осуществлению уголовного преследования.

В связи с этим судам следует иметь в виду, что по смыслу части 3 статьи 5 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» в порядке статьи 125 УПК РФ могут быть также обжалованы решения и действия должностных лиц, органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность по выявлению, пресечению преступлений, а также проверке поступивших заявлений и иных сообщений о совершенном или готовящемся преступлении в порядке выполнения поручения следователя, руководителя следственного органа и органа дознания.

Судебная коллегия отменила обвинительный приговор и прекратила дело за отсутствием в действиях осужденного состава преступления

Приговором Кочубеевского районного суда от 14 декабря 2010 года, которым Б., 28 ноября 1984 года рождения, уроженец с.Ягодное Ягодинского района Магаданской области, ранее судимый, был осужден по ч.1 ст.330 УК РФ к исправительным работам сроком 1 год, с удержанием 15% из заработной платы ежемесячно в доход государства.

Б. осужден за то, что 30 ноября 2010 года самовольно, вопреки установленному законом порядку, реализуя свое предполагаемое право завладел мобильным телефоном марки «Sony Ericsson К-750i», стоимостью 1 000 рублей, чем причинил потерпевшей К. существенный вред, выразившийся в лишении ее возможности пользоваться принадлежащим ей имуществом. 

Рассмотрев дело по кассационной жалобе адвоката, судебная коллегия отменила приговор, в кассационном определении от 09 февраля 2011 года указала следующее.

Суд первой инстанции установил, что фактически Б.  пользовался телефоном, который нашел малолетний сын потерпевшей К., которая является сводной сестрой осужденного.  По взаимной договоренности между ними, Б. отремонтировал за свой счет мобильный телефон.

По смыслу закона, одним из обязательных признаков объективной стороны самоуправства является существенный вред.

Для объективной стороны преступного самоуправства необходимо наличие существенного вреда, причиненного физическому лицу.

По мнению судебной коллегии, нельзя признать причинение К. существенного вреда, выразившегося в лишении ее возможности пользоваться принадлежащим ей имуществом. Согласно справки, стоимость телефона марки «Sony Ericsson К-750i» составляет 1 000 рублей, телефон являлся чужим имуществом, потерпевшая К. со своим ребенком нашли и присвоили его.

При таких обстоятельствах, действия Б. не содержат состава преступления предусмотренного ст. 330 ч. 1 УК РФ, в связи с чем приговор  на основании ст. 24 ч. 1 п. 2, 27 ч. 1 п. 2 УПК РФ отменен, уголовное дело прекращено.

Принудительные меры медицинского характера не применяются при совершении  лицом преступления  небольшой тяжести.

Постановлением Невинномысского городского суда от 08.04.2011г., О.В.В. освобожден от уголовной ответственности за совершение запрещенного уголовным законом деяние, предусмотренное ч.1 ст. 119 УК РФ и в отношении него применены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения впсихиатрическом стационаре общего типа.

Мера пресечения в отношении О.В.В. избрана в виде обязательства о явке.

Проверив материалы дела, судебная коллегия отменила данное постановление Невинномысского городского суда с направлением дела в тот же суд для определения подсудности, со стадии назначения дела к слушанию.

При вынесении постановления, суд не учел требования ч.2 ст. 443 УПК РФ, в соответствии с которой, если лицом совершено деяние небольшой тяжести, то суд выносит постановление о прекращении уголовного дела и об отказе в применении принудительных мер медицинского характера.

Санкция ч.1 ст. 119 УК РФ предусматривает максимально строгий вид наказания в виде двух лет лишения свободы, соответственно данное деяние в соответствии со ст. 15 УПК РФ, подпадает под  категорию преступлений небольшой тяжести.

Также судебная коллегия посчитала, что Невинномысский  городской суд в нарушение требований ст. 31 УПК РФ, всоответствии с которой, мировому судье подсудны уголовные дела о преступлениях, за совершение которых  максимальное наказание не превышает трех лет лишения свободы, необоснованно принял к рассмотрению данное уголовное дело.

Ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела отменен приговор суда.

Приговором Георгиевского городского суда от 9 марта 2011 года, Ж. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год  6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Проверив материалы уголовного дела по кассационной жалобе осужденного Ж., судебная коллегия пришла к выводу об отмене приговора  с прекращением  производства по уголовному делу на основании  примечаний к ст. 228 УК РФ.

По приговору Ж. признан виновным в незаконном изготовлении и хранении без цели сбыта наркотического средства– раствора ацетиллированного опия массой в сухом виде 0,577 гр., т.е. в крупном размере.

В соответствии с примечанием к статье 228 УК РФ, лицо, совершившее преступление, предусмотренное статьей 228 УК РФ, но добровольно сдавшее наркотические средства, психотропные вещества или их аналоги, растения, содержащие наркотические средства или психотропные вещества, либо их части, содержащие наркотические средства или психотропные вещества, и активно способствовавшее раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом указанных средств, веществ или их аналогов, а также с незаконными приобретением, хранением, перевозкой таких растений либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем, освобождается от уголовной ответственности за данное преступление.

Из материалов уголовного дела усматривается, что Ж., будучи задержанным за совершение административного правонарушения (ст.12.29 КоАП РФ), доставленным в ОВД по г.Георгиевску для составления протокола об административном правонарушении, добровольно выдал  два шприца с раствором наркотического вещества, находившиеся у него в рукавах надетой на нем куртки. Указанные шприцы  были впоследствии изъяты. Данные обстоятельства подтверждаются протоколом личного досмотра Ж. от 31 января 2011 года, согласно которому он 31 января 2011 года в 19 часов 17 минут добровольно выдал два шприца с наркотическим веществом, имея реальную возможность дальнейшего их хранения. Также Ж. активно способствовал раскрытию преступления, признав свою вину в незаконном изготовлении и хранении наркотического средства без цели сбыта, подробно рассказав об обстоятельствах содеянного, раскаялся в содеянном, ходатайствовал о рассмотрении дела в особом порядке судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах, независимо от мотивов добровольной выдачи наркотического средства, Ж. не мог быть привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 228 УК РФ за незаконное изготовление и хранение наркотического средства без цели сбыта. Судебная коллегия  приговор в отношении Ж. отменила, прекратив производство по делу в связи с примечаниями к статье 228 УПК РФ.

Постановление суда отменено ввиду нарушения норм уголовно-процессуального закона.   

Постановлением Георгиевского городского суда от 4 марта 2011 года в отношении К. отменено в соответствии с ч. 3 ст.74 УК РФ условное осуждение с исполнением наказания, назначенного приговором от 21 апреля 2010 г., которым он  осужден по п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года. На него возложена обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного.

Уголовно-исполнительная инспекция (далее УИИ), осуществляющая контроль за поведением осужденного, обратилась в суд с представлением об отмене  условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором от 21 апреля 2010 г. в отношении К. Постановлением Георгиевского городского суда от 4 марта 2011 г., вынесенным по результатам рассмотрения представления в порядке ст. ст. 397, 399 УПК РФ, условное осуждение К. отменено, а осужденный направлен  в колонию-поселение для отбывания наказания в виде лишения свободы на срок 2 года.

Проверив по кассационной жалобе осужденного материалы об отмене  условного осуждения и исполнении наказания, судебная коллегия пришла к выводу об отмене постановления суда первой инстанции по следующим основаниям.

Приведя в постановлении положения ч. 3 ст. 74 УК РФ и ч. 5 ст. 190 УИК РФ, суд в обоснование своего вывода об отмене условного осуждения и исполнении наказания сослался на систематическое нарушение осужденным  общественного порядка. Так, суд установил, что К.:

16.12.2010 г. совершил нарушение общественного порядка, за что 17.12.2010 г. привлечен к административной ответственности по ст. 20.21 КоАП РФ и подвергнут штрафу в размере 100 рублей;

11.01.2011 г. совершил нарушение общественного порядка, за что 12.01. 2011 г. привлечен к административной ответственности по ст. 20.21 КоАП РФ и подвергнут штрафу в размере 100 рублей.

Между тем при оценке этих обстоятельств суд не учел взаимосвязанные положения уголовного и уголовно-исполнительного законов.

В соответствии ч. 3 ст. 74 УК РФ условное осуждение может быть отменено по представлению специализированного органа, если условно осужденный в течение испытательного срока систематически нарушал общественный порядок, за что привлекался к административной ответственности, систематически не исполнял возложенные на него судом обязанности либо скрылся от контроля.

Согласно ч. 1 ст. 190 УИК РФ при уклонении условно осужденного от исполнения возложенных на него судом обязанностей либо при нарушении им общественного порядка, за которое он привлекался к административной ответственности, УИИ предупреждает его в письменной форме о возможности отмены условного осуждения.

В соответствии с ч. 4 ст. 190 УИК РФ, если условно осужденный в течение испытательного срока систематически нарушал общественный порядок, за что привлекался к административной ответственности, систематически не исполнял возложенные на него судом обязанности либо скрылся от контроля, то начальник УИИ направляет в суд представление об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда.

Таким образом, указанные правовые нормы предусматривают, что за соответствующие нарушения УИИ вправе вынести письменное предупреждение осужденному о возможности отмены условного осуждения или направить в суд представление о такой отмене.

Из представления УИИ  видно, что 25.01.2011 г. осужденному вынесено предупреждение о возможности отмены условного осуждения за нарушения 16.12.2010 г. и 11.01.2011 г. общественного порядка, за которые он привлечен к административной ответственности по ст.20.21 КоАП РФ. Согласно этому же представлению УИИ, вынесенному 10.02.2011 г., оно направляется в суд за систематическое  нарушение  осужденным общественного порядка. Причем в самом представлении делается ссылка на предупреждение от 25.01.2011 г.

В указанной ситуации, учитывая вышеназванные правовые нормы, суду при решении вопроса об отмене условного осуждения следовало дать оценку тому, вправе ли была инспекция направлять в суд представление в связи с совершением нарушений, за которые уже вынесено предупреждение об отмене условного осуждения, допущены ли осужденным подобные же нарушения после вынесения предупреждения. В этой связи суду необходимо было оценить, реализовала ли УИИ вынесением предупреждения свои правомочия по контролю за поведением условно осужденного и воздействию на него за допущенные нарушения.

Допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона, которые иным путем повлияли на вынесение законного и обоснованного постановления суда, и неправильное применение уголовного закона явились в соответствии с п. п. 2, 3 ч. 1 ст. 379, ч. 1 ст. 381 и п. 1 ст. 382 УПК РФ основаниями отмены  судебного решения.

Ввиду нарушения норм уголовно-процессуального закона  и несоответствия выводов судьи фактическим обстоятельствам материалов жалобы,  поданной в порядке статьи 125 УПК РФ, отменено постановление суда.

 Постановлением Ессентукского городского суда  от 25 февраля 2011 года оставлена без удовлетворения жалоба А. на отказ руководителя следственного органа в выдаче тела А. для захоронения.

Проверив по кассационной жалобе материалы дела, судебная коллегия пришла к выводу об отмене постановления суда первой инстанции.

Согласно взаимосвязанным положениям ч. 4 ст.7 и ст. 297 УПК РФ  постановление суда признается законным, обоснованным и мотивированным, если оно вынесено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основано на правильном применении норм материального права. В силу названных норм, а также исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, отраженной в Определении от 25.01.2005 г. № 42-О, при рассмотрении жалобы в порядке ст.125 УПК РФ должны быть исследованы и оценены все доводы, приводимые в ней. Само же решение судьи должно быть мотивировано путем указания на конкретные, достаточные с точки зрения принципа разумности, основания, по которым эти доводы отвергаются. Названые требования закона судьей не выполнены.

В обоснование решения об оставлении без удовлетворения жалобы заявителя судьей указано на то, что окончательное решение о причастности А. к преступлениям, предусмотренным п. «б» ч. 3 ст. 205, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «е», «ж» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 222, ч. 2 ст. 223 УК РФ, еще не принято. В постановлении имеется ссылка на обжалуемый ответ и.о. руководителя следственного органа о том, что по результатам расследования уголовного дела будет решен вопрос о выдаче тела А. родственникам. Исходя из этого,  судья пришел к выводу о том, что действия руководителя следственного органа не причинили ущерб конституционным правам и свободам заявителя и не затруднили ему доступ к правосудию.

Такой вывод судьи не отвечает положениям ч. 1 ст. 125 УПК РФ и правовой позиции Конституционного Суда, содержащейся в Постановлении от 28.06.2007 г. №8-П, не основан на фактических обстоятельствах жалобы  и правильном применении закона.

Как видно из обжалуемого ответа руководителя следственного органа,  невыдача тела А. обоснована ссылкой на Федеральный закон от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (в действующей редакции) (далее закон о погребении и похоронном деле) и Положение о погребении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 20.03.2003 г. №164 (в действующей редакции) (далее Положение).

Однако судьей не дано оценки доводам заявителя о том, что данное Положение касается лиц, чья смерть наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта, а смерть А. наступила  27.08.2010 г. в результате спецоперации, по поводу чего уголовное дело по ст. 205 УК РФ не было возбуждено. Между тем судья не учел, что ст. 14.1 закона о погребении и похоронном деле предусматривает погребение в порядке, установленном названным Положением, и невыдачу тел для захоронения тех лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенного ими террористического акта.

Из представленных материалов следует, что на момент рассмотрения жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ А. подозревался в совершении террористического акта на ипподроме г. Нальчика 01 мая 2010 г., в то время как его смерть наступила 28 августа 2010 г. в ходе проведения спецоперации в квартире №89  по ул. Захарова, 82, г. Нальчика.

Исследованные же судом первой инстанции материалы не содержат сведений о том, что по обстоятельствам, имевшим место при проведении спецоперации, было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 205 УК РФ. Таким образом, судья  не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы.

Указанное несоответствие выводов судьи фактическим обстоятельствам материалов жалобы, нарушения уголовно-процессуального закона и неправильное применение закона, касающегося существа жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ, явились в соответствии с п. п. 1, 2 ч. 1 ст. 379, п. 2 ст. 380 и ч. 1 ст. 381 УПК РФ основаниями отмены судебного  постановления.

В судебных коллегиях краевого суда

по гражданским делам

Судом первой инстанции в нарушение положений ст.369 ГПК РФ указания, изложенные в определении суда кассационной инстанции, не выполнены.

А.Л., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней дочери А.В., 16 февраля 2010 года обратилась в суд с исковыми требованиями к А.А. о взыскании оплаченной задолженности по коммунальным услугам за квартиру № <…> по ул.Ленина, <…> в г.Ставрополе в размере 46 468 руб.

В обоснование своих требований истица указала, что является собственником 1\2 доли в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру № <…>, общей площадью 58,10 кв.м., расположенной по ул. Ленина, <…> в г.Ставрополе, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности, выданной УФРС по СК 29.02.2009г. Еще одна доля в размере 2/9 доли в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру по тому же адресу принадлежит ее несовершеннолетней дочери А.В., 26.06.1997 года рождения, на основании свидетельства о государственной регистрации права от 28.04.2009г. Между тем она с дочерью не проживает в указанной квартире. Там продолжают проживать ответчики: А.А. вместе со своим несовершеннолетним сыном А.Д., хотя их право собственности на указанную квартиру прекращено решением Ленинского райсуда г.Ставрополя 31.10.2008г. Проживая в квартире № <…> по ул.Ленина, <…>г.Ставрополя ответчики недобросовестно исполняли свои обязанности по содержанию жилого помещения, то есть не производили оплату коммунальных услуг. Из ответа Ставропольского городского расчетного центра от 08.02.2010г. № 288, полученного на адвокатский запрос, следует, что задолженность по коммунальным   платежам   составляет   31468руб.21коп.   Частично   ею (истицей) была произведена оплата коммунальных услуг за сентябрь-октябрь 2009 года в счет погашения задолженности в размере 15000руб.

В судебном заседании 20 августа 2010 года истица А.Л. изменила свои исковые требования, просила взыскать с ответчиков в ее пользу задолженность по коммунальным платежам в размере 29312руб.41 коп., ссылаясь на то, что ответчики фактически занимают квартиру № <…> по ул.Ленина, <…>в г.Ставрополе, не производя оплату за коммунальные услуги.

Решением Ленинского районного суда города Ставрополя от 09 марта 2011 года исковые требования А.Л. удовлетворены. Суд взыскал с А.А. в пользу А.Л. сумму неосновательного обогащения в размере 29312 рублей 41 коп., расходы по оплате госпошлины в размере 1279 рублей, а всего-30591 рублей 41 коп.

Судебной  коллегией решение  Ленинского районного суда отменено по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 16 февраля 2010 года А.Л. обратилась в суд с иском к А.А. о выселении, вселении, снятии с регистрационного учета, а также взыскании с А.А. в еe пользу задолженности по коммунальным услугам в размере 46 468 рублей.

Решением Ленинского районного суда города Ставрополя от 20 августа 2010 года исковые требования А.Л. удовлетворены, с А.А. в пользу А.Л. взыскана задолженность по коммунальным услугам в размере 29312 рублей 41 копеек.

Кассационным определением Ставропольского краевого суда от 18 января 2011 года решение Ленинского районного суда города Ставрополя от 20 августа 2010 года в части взыскания с А.А. в пользу А.Л. задолженности по коммунальным платежам в размере 29312 рублей 41 копеек и госпошлины в размере 1279 рублей отменено на новое судебное рассмотрение.

Из кассационного определения следует, что истица оплатила лишь часть имеющейся задолженности, остальная часть ею не оплачена. Вместе с тем суд взыскал неоплаченную задолженность в пользу истицы. Судом не принято во внимание решение мирового судьи судебного участка № 6 Ленинского района города Ставрополя от 05 августа 2010 года и не установлено, исполнено ли это решение суда.

Однако, судом первой инстанции в нарушение положений ст.369 ГПК РФ указания, изложенные в определении суда кассационной инстанции, не выполнены.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования А.Л. суд исходил из того, что А.А., имея незначительную долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, проживала в ней, тогда как истец А. Л. имея вместе с несовершеннолетней дочерью большую долю в праве общей долевой собственности не проживали в ней с 31 октября 2008 года по сегодняшний день и произвела оплату коммунальных услуг за указанную квартиру за период 2009 - 2010 года в размере 29 312 рублей 41 копеек. Следовательно, ответчица А.А. проживая в спорной квартире и не производя оплату за коммунальные услуги неосновательно сберегла за счет истицы А.Л. 29312 рублей 41 копеек, которые оплатила не имея возможности пользоваться квартирой.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку решением мирового суда Ленинского района города Ставрополя от 05 августа 2010 года исковые требования ОАО «Ставропольского городского расчетного центра« к А.А., А.Л., В.Л. и А.В.  о взыскании суммы задолженности по оплате за жилье и коммунальные платежи, а также возмещении судебных расходов были удовлетворены в полном объеме.

Названным решением суда со всех собственников квартиры в пользу ОАО «Ставропольский городской расчетный центр« взыскана сумма задолженности по оплате за коммунальные услуги, в том числе, с А. А. в размере 17316 рублей 96 копеек.

В настоящее время в отношении А.А. возбуждено исполнительное производство о взыскании задолженности по оплате за коммунальные услуги в размере 17316 рублей 96 копеек.

В подтверждение выплаченных А.Л. сумм задолженности
по коммунальным услугам в размере 29 312 рублей 41 копеек истица
представила квитанции от 06 августа 2010 года. Однако,
согласно      решению        мирового   судьи       сумма   задолженности      по

коммунальным услугам взыскана пропорционально долям собственников и кроме А.Л. , А.А. , взыскана также с А.В. и В.Л.

Следовательно, А.Л. не представлено в суд достаточных доказательств оплаты суммы задолженности за ответчицу А.А., за которой до настоящего времени числится задолженность по оплате коммунальных услуг по исполнительному листу в размере 17 316 рублей 96 копеек.

Более того, доводы суда первой инстанции о наличии неосновательного обогащения А.А. за счет А.Л. по пользованию спорной квартирой и невозможности ею пользоваться истицей А.Л., судебная коллегия считает не состоятельными, так как ответчица А.А. имея долю собственности 1\18 в спорной квартире, имела права как собственник проживать и пользоваться ею в соответствии со ст. 218 ГК РФ. Доказательств предъявления требований к А.Л. со стороны ответчицы А.А. по поводу выплаты задолженности судом не представлено.

Судебная коллегия полагает, что по настоящему спору положения ст. 1102 ГК РФ не применимы.

Оценив полученные доказательства по делу, судебная коллегия пришла к выводу о том, что достаточных доказательств того, что выплаченная А.Л. сумма задолженности в размере 29312 рублей 41 копеек является задолженностью А.А., а не других сособственников, в том числе, и самой истицы, не получено, в связи с чем судебная коллегия сочла решение суда подлежащим отмене с вынесением нового решения с отказом в удовлетворении исковых требований истице А.Л.

Решение   Ленинского районного суда    города Ставрополя от 09 марта 2011 года  отменено, принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований А.Л. в своих интересах и в интересах  несовершеннолетней дочери А. В. о взыскании с А.А. суммы  неосновательного обогащения в размере 29 312 рублей 41 копеек - отказано.

Возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая может быть предусмотрена исключительно законом.

А. обратился в суд с иском к ОСАО «Ингосстрах» с участием третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ОАО «Сбербанк России» о взыскании суммы страхового возмещения, пени и судебных расходов.

В обоснование исковых требований А. указал на то, что 24 марта 2010 года между ним и ОСАО «Ингосстрах» был заключен договор страхования средств наземного транспорта № <…> сроком на один год, а именно предметом страхования являлся автомобиль Лада 217030 Приора, государственный регистрационный знак <…>. Страховая сумма указанного автомобиля составляет 361 000 рублей. Объектом страхования в соответствии с указанным договором являлись существенные интересы, связанные с хищением и\ или повреждением транспортного средства, выгодоприобретателем по данному договору добровольного страхования является Акционерный коммерческий Сберегательный банк РФ ОАО . 24.03.2010 года между Акционерным коммерческим Сберегательным банком РФ ОАО и А. был заключен кредитный договор № <…> о предоставлении кредита в сумме 256 010 рублей на приобретение автомобиля. Обязательства по вышеуказанному кредитному договору обеспечивались договором залога транспортного средства <…> от 24.03.2010 года, предметом которого являлось указанное транспортное средство. В период действия договора, 24.08.2010 года, застрахованный автомобиль Лада 217030 Приора, государственный регистрационный знак <…> был тайно похищен неустановленным лицом, со стоянки, расположенной возле дома №<…> по ул. Шпаковской в г.Ставрополе. По данному факту хищения автомобиля 24.08.2010 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.«в» ч.3 ст. 158 УК РФ.

24.08.2010 года А. подал в Ставропольский филиал ОСАО «Ингосстрах» заявление о хищении (угоне) транспортного средства Лада 217030 Приора, государственный регистрационный знак <…>, а так же в соответствии со ст.59 Правил страхования ОСАО «Ингосстрах», утвержденных Генеральным директором 07.03.2003 года были представлены, согласно акта № 507 от 24.08.2010 года ПТС № <…> и два комплекта ключей угнанного автомобиля, а также постановление о возбуждении уголовного дела. Одновременно, истцом было сообщено, что свидетельство о регистрации транспортного средства на автомобиль Лада 217030 Приора, государственный регистрационный знак <…>было утеряно А. ранее, т.е. 23.08.2010 года при неизвестных обстоятельствах.

24.10.2010 года А. предоставил в Ставропольский филиал ОСАО «Ингосстрах» постановление о приостановлении предварительного следствия в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Письмом от 30.11.2010 года исх. № 189-171-114507/10, директор Ставропольского филиала ОСАО «Ингосстрах» Х., сообщил о полном отказе в выплате страхового возмещения, в связи с сообщением недостоверных сведений, не исполнением обязательств договора и не предоставлением требуемых документов (свидетельства о регистрации ТС). Считает данный отказ в выплате страхового возмещения незаконным и необоснованным, поскольку 23.08.2010 года А. сообщал в УВД г. Ставрополя об утере документов, сотрудники милиции не приняли данное заявление, а посоветовали подождать несколько дней, так как утерянные документы могли вернуть люди, нашедшие их, за вознаграждение. По факту утери свидетельства о регистрации транспортного средства истцом, 24.08.2010 года было заявлено в УВД г. Ставрополя. Более того, А. физически не мог уведомить Ставропольский филиал «Ингосстрах» об утере свидетельства о регистрации ТС 23.08.2010 года, так как обнаружилась пропажа только в 20 часов 00 минут, а ОСАО «Ингосстрах» в это время уже не работало. Автомобиль же был тайно похищен 24.08.2010 года в период времени с 01 часа 00 минут по 06 часов 30 минут и истец одновременно с подачей заявления о хищении ТС уведомил Страховщика об утере свидетельства о регистрации ТС.

А. представил Страховщику копии материалов дела, составленные сотрудниками милиции, по факту утери свидетельства о регистрации ТС. Однако тот факт, что заявление об утере документов было подано 24.08.2010 года, а не 23.08.2010 года Страховщиком воспринят как основание для утверждения того, что свидетельство о регистрации ТС было утеряно им 24.08.2010 года, что является ошибочным.   Регистрация   заявления   об   утере  документов   в   УВД  г. Ставрополя 24.08.2010 года не означает, что они были утеряны именно этим числом, а указывает на день обращения истца в милицию. Утеря же документов   произошла  23.08.2010  года  о  чем   и  было  сообщено  в заявлении,   в   связи   с   чем   доводы   страховщика   о   предоставлении недостоверных сведений не находят своего подтверждения и являются незаконными. Считает, что в силу ст.ст.309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться в соответствии с условиями договора и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается. Считает,   что   возможность   освобождения   страховщика   от   выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая может быть предусмотрена исключительно законом, в том числе и тогда, когда имела место грубая неосторожность страхователя или выгодоприобретателя.

Просит суд взыскать с ОСАО «Ингосстрах» в пользу А. страховое возмещение в сумме 303 676 рублей, пени в размере 4 464 руб. 04 коп., расходы на юридическую помощь (оплату услуг представителя) в размере 15 000 руб., сумму госпошлины за подачу искового заявления в суд в размере 6 506 руб. 76 коп., сумму тарифа за составление доверенности на представление в суде в размере 800 руб.

  Решением Ленинского районного суда города Ставрополя от 20 апреля 2011 года в удовлетворении исковых требований А. отказано в полном объеме .

Судебная коллегия нашла  решение суда подлежащим   отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих   требования и возражения сторон, а также обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Согласно ст. 195 ГПК РФ решение должно быть законным и обоснованным, суд обосновывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности. В соответствии с ч. 4 ст. 198 ГПК РФ в мотивировочной части решения должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда и доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, материальный закон,   которым руководствовался суд.

Из материалов дела следует, что 24.03.2010 года между Акционерным коммерческим Сберегательным банком РФ ОАО и А. заключен кредитный договор № 60330 о предоставлении кредита в сумме 256 010 рублей на приобретение автомобиля.

24.03.2010 года между А. и ОСАО «Ингосстрах» заключен договор страхования средств наземного транспорта № АН 3107790 сроком на один год. Предметом страхования являлся автомобиль Лада 217030 Приора, государственный регистрационный знак <…>. Страховая сумма указанного автомобиля составляет 361 000 рублей. Объектом страхования в соответствии с указанным договором являются существенные интересы, связанные с хищением и/или повреждением транспортного средства. Выгодоприобретателем по данному договору добровольного страхования является Акционерный коммерческий Сберегательный банк РФ ОАО.

24.08.2010 года, застрахованный автомобиль Лада 217030 Приора, государственный регистрационный знак <…>похищен не установленным лицом, со стоянки, расположенной возле дома № <…>по ул. Шпаковской в г.Ставрополе. По данному факту хищения автомобиля 24.08.2010 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.«в»ч.3 ст.158УКРФ. Согласно ответу Заместителя начальника отдела № 3 СУ при УВД по г.Ставрополю на запрос ОСАО «Ингосстрах» указано, что заявление о хищении автомобиля было подано 24.08.2010 года в 07 часов 36 минут за номером 21606, а заявление об утере документов 24.08.2010 года в 17 часов 45   минут за номером 21627.

24.08.2010 года А. обратился в страховую компанию с заявлением о страховом случае и выплате страхового возмещения в связи с угоном автомобиля. Также им были предоставлены Страховщику согласно акта № 507 от 24 августа 2010 года паспорт транспортного средства № <…>, два комплекта ключей угнанного автомобиля, постановление о возбуждении уголовного дела .

Обосновывая свой вывод об отказе в удовлетворении иска, суд первой инстанции указал, что истцом был нарушен п. 59 Правил добровольною страхования  транспортных средств, влекущий обоснованный отказ в выплате ему страховой суммы, поскольку не являются страховыми случаями события, которые привели к повреждению, гибели или утрате застрахованного транспортного средства и дополнительного оборудования, произошедшие в результате не предоставления страховщику регистрационных документов от застрахованного автомобиля.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о  не признании страховым случаем хищение транспортного средства автомобиля Лада 217030 Приора, государственный регистрационный знак <…>, принадлежащий на праве собственности А., который не предоставил Страховщику свидетельство о регистрации транспортного средства на указанный автомобиль и до наступления страхового случая письменно не уведомил Страховщика об утере регистрационного документа .

В соответствии со ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемым гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой компанией (страховщиком).

В соответствии с ч. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с имущественными интересами  страхователя  (выплатить  страховое  возмещение)  в  пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы следующие имущественные интересы: риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества .

Согласно ч. 1 ст. 930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

Согласно ст. 20 Правил страхования транспортных средств, страховым случаем является свершившееся событие из числа указанных в ст. 18 Правил, предусмотренное договором страхования, приведшее к повреждению, утрате (гибели) транспортного средства и установленного на нем дополнительного оборудования, к дополнительным расходам, связанным с повреждением, утратой (гибелью) транспортного средства и повлекшее обязанность Страховщика выплатить страховое возмещение.

Пунктом 7 статьи 18 Правил страхования транспортного средства предусмотрено, что Страховщик обеспечивает страховую защиту по Договору страхования от следующих рисков: «Угон« - утрата Транспортного средства в результате кражи, разбоя или неправомерного завладения транспортного средства без цели хищения ( угон ).

Судебная коллеги полагает, что наступление страхового случая подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (кража), вынесенным старшим следователем СУ при УВД по городу Ставрополю старшим лейтенантом милиции Т., которое впоследствии было приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Кража автомобиля, произошедшая после утери регистрационных документов, не устраняет объективности его утраты, утеря названных документов не исключает его кражу из числа страховых случаев.

В силу п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения, то есть стороны не вправе заключать договор на условиях, противоречащих закону. Правила страхования средств автотранспорта являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны содержать положения, противоречащие гражданскому законодательству и ухудшающие положения страхователя по сравнению с установленным законом.

При этом, основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены ст.ст. 961, 963 и 964 ГК РФ.

В силу п.2 ст.943 ГК РФ, Правила страхования подлежат применению при рассмотрении спора, но только в той части, в которой они не противоречат закону или договору страхования.

Статья 963 ГК РФ устанавливает, что страховщик может быть освобожден от выплаты страхового возмещения только если страховой случай произошел вследствие умысла страхователя, иные случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения ( в том числе и при грубой неосторожности страхователя ) могут быть установлены только законом, но не правилами страхования или договором. Установление в договоре или в Правилах страхования таких условий освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, противоречащих ст. 963 ГК РФ, ничтожно.

Статья 964 ГК РФ также устанавливает исчерпывающий перечень обстоятельств освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения и страховой суммы: воздействие ядерного взрыва или радиоактивного заражения, военных действий, маневров или иных военных мероприятий, гражданской войны, народных волнений или забастовок, изъятие, арест, конфискация, реквизиция или уничтожение имущества по распоряжению государственных органов.

По смыслу ст. 964 ГК РФ стороны в договоре могут предусмотреть обязанность страховщика выплатить страховое возмещение и при наличии указанных в ст. 964 ГК РФ обстоятельств, но не могут расширить данный перечень.

Таким образом, из приведенных норм ГК РФ следует, что возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая может быть предусмотрена исключительно законом.

Поскольку ни норами ГК РФ, ни иным законом не предусмотрено основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения в результате хищения автомобиля как не предоставление страховщику требуемых документов (свидетельства о регистрации ТС), судебная коллегия пришла к выводу о том, что включение такого условия в договор страхования является ничтожным, противоречащим ГК и применяться не должно, в связи с чем требования А. являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

При таких обстоятельствах, поскольку между истцом и ответчиком заключен договор имущественного страхования указанного транспортного средства, путем вручения страховщиком страхователю страхового полиса в порядке пункта 2 статьи 940 ГК РФ и принятии его последним, учитывая, что страховой случай наступил, то выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска представляются необоснованными.

Более того, судебная коллегия полагает необоснованными ссылку суда первой инстанции на согласие А. в момент заключения с ответчиком договора страхования от 24 марта 2010 года с его условиями, поскольку положения указанного договора противоречат требованиям ГК РФ.

Судом первой инстанции дана неверная оценка доказательствам в виде сообщения недостоверных сведений, имеющих существенное значение для суждения о страховом событии и не уведомлении ОСАО « Ингосстрах « об утере свидетельства о регистрации транспортного средства.

В соответствии с п.5 ст.82 Правил страхования, А. своевременно письменно сообщил в ОСАО «Ингосстрах« об утере свидетельства о регистрации ТС 24 августа 24 августа 2010 года. Более того, законодательство РФ не устанавливает сроки подачи заявления об утере регистрационных документов в органы внутренних дел.

Следовательно, судебная коллегия полагает подлежащим удовлетворению требования А. о страховом возмещении с учетом амортизационного износа технического средства и в соответствии со ст. 63 Правил страхования в сумме 303 676 рублей.

Также судебная коллегия пришла к выводу о том, что подлежат удовлетворению требования  А. в части взыскания убытков, поскольку указанные требования отвечают положениям ст. 395 ГК РФ в связи с чем ОСАО « Ингосстрах» обязан уплатить в пользу  А. проценты за просрочку выплаты денежных средств, которые составляют сумму страхового возмещения за период с 16 ноября 2010 года по 24 января 2011 года   согласно представленного истцом расчета в размере 4464, 04 рубля.

Разрешая требования А. в части взыскания суммы расходов на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей, государственной пошлины за подачу искового заявления в суд в размере 6 506 , 76 рублей и суммы за составление доверенности на представление в суде в размере 800 рублей, судебная коллегия, учитывая все обстоятельства дела, принцип разумности и справедливости в порядке ст. 88, 94 ГПК РФ, 100 ГПК РФ   признала разумным    взыскание с ответчика ОСАО «Ингосстрах»   указанных сумм.

Решение Ленинского районного суда г. Ставрополя от   20 апреля   2011 года отменено, постановлено новое решение, которым исковые требования А. удовлетворены, взыскано с ОСАО « Ингосстрах» в пользу А. сумму страхового возмещения в размере 303 676 рублей, проценты за просрочку выплаты страхового возмещения в размере 4 464, 04 рублей, сумму расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей и сумму за составление доверенности в суде в сумме 800 рублей.

Вопреки требованиям указанным  в ст. 49, 53, 54 ГПК РФ судом был допущен к участию в деле в качестве представителя ООО «Страховая компания «Согласие»», который неправомерно принимал участие в судебном разбирательстве

П.Л.В. обратилась в суд с иском к  ООО  «Страховая компания «Согласие» о взыскании страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов.

В обоснование указала, что 16.04.2008г. между ней и страховой компанией ООО «СК «Согласие» заключен договор страхования. Федеральным государственным учреждением медико-социальной экспертизы ей установлена 11.01.2009г. II группа инвалидности. В связи с наступлением страхового случая (установление II группы инвалидности) ею 19.03.2009 г., как страхователем согласно договору страхования и правил кредитного страхования жизни, направлено заявление ответчику, с просьбой произвести выплату страхового обеспечения. Страховое возмещение в размере 801 878 руб. 20 коп.  должно быть выплачено в пользу выгодоприобретателя - ОАО АКБ «Росбанк», не позднее 18.05.2009г., чего до настоящего времени не последовало. В свою очередь, установление ей II группы инвалидности страховой компанией МСК - Лайф по договору страхования от несчастных случаев и болезней от 18.04.2007г., заключенному в рамках кредита, предоставленного ЗАО «Банк Москвы», признано страховым случаем и выплачено страховое обеспечение в пользу третьего лица. В связи с установлением инвалидности и потери трудоспособности у неё отсутствует возможность выплачивать кредит, полученный в ОАО АКБ «РОСБАНК». Решением Промышленного райсуда г. Ставрополя от 10.12.2009года по исковому заявлению ОАО АКБ «Росбанк» с нее взыскана в пользу банка задолженность по кредитному договору в сумме 714  770 руб.74 коп. и госпошлина в сумме 7 673 руб.85коп.

Впоследствии истец уточнила исковые требования,  указав, что сумма задолженности по состоянию на 26.11.2010г. составляет 801 878,2руб.,  проценты за пользование чужими денежными средствами составляют 96 842, 78 руб.

Просила взыскать в пользу Ставропольского филиала ОАО АКБ «РОСБАНК» с ООО СК «Согласие» сумму страхового возмещения по договору страхования в размере 722 444, 59 рубля; взыскать в её пользу с ООО СК «Согласие» оставшуюся часть суммы страхового возмещения в размере 79 433, 61 рублей и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 96 842, 78 рублей; судебные расходы в размере 50 700 рублей.

Решением Промышленного районного суда города Ставрополя от 26.11.2010года иск П.Л.В. удовлетворен частично. Суд постановил взыскать:  в пользу Ставропольского филиала ОАО АКБ «РОСБАНК» с ООО «Страховая компания «Согласие» сумму страхового возмещения по договору страхования в размере 722 444 рубля 59 коп.,  в пользу П.Л.В. с  ООО «Страховая компания «Согласие» страховое возмещение в размере 79 433 рублей 61 копейки, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 30 700 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований, заявленных П.Л.В. отказано.

Проверив материалы дела, а также законность и обоснованность обжалуемого решения, судебная коллегия отменила решение Промышленного райсуда г. Ставрополя по следующим основаниям:

Как следует из материалов дела, в судебном процессе в суде первой инстанции участвовал представитель ООО «Страховая компания «Согласие»» С.СВ. по доверенности от 12.04.2010г. В соответствии с представленными ему полномочиями по данной доверенности он вправе представлять интересы ООО в судебных учреждениях по делам сумма исковых требований, по которым не превышает 600 000 рублей, однако сумма иска превышала 800 тысяч рублей.

В силу правил статей 49, 53, 54 ГПК РФ, представителями в суде могут быть дееспособные лица, имеющие надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела, за исключением лиц, указанных в статье 51 настоящего Кодекса. Лица, указанные в статье 52 настоящего Кодекса, имеют полномочия представителей в силу закона. Полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом. Представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия.

Таким образом, вопреки требованиям указанных норм процессуального права, судом был допущен к участию в деле в качестве представителя ООО «Страховая компания «Согласие»» С.СВ., который неправомерно принимал участие в судебном разбирательстве.

Решение суда первой инстанции вынесено с нарушением норм процессуального права

ООО «…» обратилось в суд с иском к М.В.Е. о взыскании ущерба, причиненного работником работодателю в размере 77 000 рублей, мотивируя тем, что 01.07.2010г. на основании заключенного трудового договора  и приказа о приеме на работу от 01.07.2010г. ответчик был принят на работу в ООО «…» на должность мастера сварочно-монтажного участка с установлением ему 10 разряда оплаты труда. Срок действия трудового договора был установлен до 31.08.2010г. На основании п.2 ст. 77 ТК РФ по истечении срока действия договора трудовые отношения с М.В.Е. были прекращены, о чем был издан соответствующий приказ от 31.08.2010г.

ООО «…» 16.07.2010г. и 02.08.2010г. перечислило на принадлежащую ответчику банковскую карту 47 000 руб. и 30 000 руб. соответственно на командировочные расходы, что подтверждается платежными поручениями.

В соответствии с п. 3.15 Положения «О вахтовом методе организации работы в ООО «…» в течение 3 рабочих дней после окончания срока, на который были выданы денежные средства, то есть по возвращении из командировки, подотчетное лицо обязано представить в финансово-экономический отдел филиала ООО «…» в г.Томске авансовый отчет о произведенных расходах с приложением к нему оправдательных документов и возвратить неизрасходованные денежные средства. Однако по возвращении из командировок М.В.Е. авансовый отчет не представил, в результате чего образовалась задолженность по подотчетным суммам в размере 77 000руб., не погашенная ответчиком до настоящего времени, которую ООО «…» просило взыскать с ответчика в счет компенсации причиненного прямого действительного ущерба.

Обжалуемым решением Минераловодского городского суда от 29.04.2011г. заявленные ООО «…» исковые требования удовлетворены в полном объеме. С М.В.Е. в пользу ООО «…» взыскано 77 000 рублей в счет возмещения ущерба, причиненного работником работодателю, и судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2 510 рублей.

Исследовав материалы гражданского дела, судебная коллегия отменила состоявшееся по делу решение в связи с нарушением норм процессуального права.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГПК РФ предусмотрено, что в случае неявки в судебное заседание кого-либо из лиц, участвующих в деле, в отношении которых отсутствуют сведения об их извещении, разбирательство дела откладывается.

Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными (ч. 3 ст. 167 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что оно было рассмотрено 29.04.2011г., при этом ответчик М.В.Е. не принимал участия в судебном заседании. Сведений о своевременном и надлежащем извещении ответчика о времени и месте рассмотрения дела 29.04.2011г. в деле не имеется. Заявления о рассмотрении дела в его отсутствие М.В.Е. в суд не подавал.

Следуя указаниям ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, что в полной мере может быть реализовано только в случае предоставления каждому из лиц, участвующих в деле, возможности присутствия в судебном заседании.

Суд должен надлежащим образом известить лиц, участвующих в деле о времени и месте рассмотрения дела.

В соответствии со ст. 113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату. Судебная повестка является одной из форм судебных извещений и вызовов. Лица, участвующие в деле, извещаются судебными повестками о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий.

В силу требований ст. 116 ГПК РФ судебная повестка, адресованная гражданину, вручается ему лично под расписку на подлежащем возврату в суд корешке повестки.

В материалах дела отсутствуют доказательства надлежащего извещения судом ответчика М.В.Е. о слушании дела 29.04.2011г., что является в силу п. 2 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ безусловным основанием к отмене судебного решения.

Из данных паспорта М.В.Е. следует, что он зарегистрирован по адресу: г. Минеральные Воды, ул. «…», 32. Направленное в адрес ответчика М.В.Е. (г. Минеральные Воды, ул. «…» 39, кв. 15) судебное письмо возвратилось в Минераловодский суд 11.03.2011г.  в связи с истечением срока хранения. Изложенное свидетельствует об отсутствии М.В.Е. по месту его жительства. 26.04.2011г. в адрес суда от истца ООО «…» поступило дополнительное исковое заявление, по доводам которого суд принял обжалуемое решение.

Между тем, в нарушение требований ст. ст. 133, 147 ГПК РФ названное дополнительное исковое заявление в установленном порядке не было принято судом к своему производству, по нему не проведена подготовка к судебному разбирательству. В материалах дела отсутствуют сведения о направлении копии данного заявления для сведения ответчику, чем, безусловно, нарушены права последнего на защиту своих интересов и представление доказательств в опровержение доводов иска.

При установлении  происхождения ребенка от лица, не состоявшего в браке с его матерью, в случае смерти этого лица, суд вправе в порядке особого производства установить факт отцовства в отношении детей, родившихся в период с 1.10.1968г. до 1.03.1996г. при наличии доказательств, подтверждающих одно из обстоятельств, перечисленных в ст.48 КоБС РСФСР

В декабре 2010г. А.В.В. в интересах несовершеннолетнего А.Г.В. обратилась в суд с заявлением об установлении факта признания отцовства. В обоснование своих требований сослалась на то, что с 1992г. по 1998г. она проживала с П.В.Л. в гражданском браке по адресу «:..». 28.07.2008г. П.В.Л. умер. 13.04.1993г. она родила сына Георгия. Поскольку она не состояла с П.В.Л. в браке, а так же по причине временного выезда его за пределы РФ в связи с работой, они не могли подать совместного заявления родителей в ЗАГС, и запись об отце ребёнка была произведена по ее заявлению с согласия  П.В.Л. в порядке, предусмотренном положениями абз. 4 ст. 49 КоБС  РСФСР: фамилия – А. по ее фамилии, имя и отчество указано – В.Л. по имени и отчеству фактического отца - В.Л.П. В 1998г. их отношения с П.В.Л. прекратились по определенным причинам, однако до своей смерти он продолжал регулярно общаться с сыном, участвовать в его воспитании, обращался к нему не иначе как «сынок», радовался успехам Георгия. П.В.Л. покупал ему одежду и другие необходимые вещи, оплатил учебу в техникуме за 2007г. в полном объеме. Установление факта признания отцовства необходимо для оформления сына в правах наследования после смерти его отца – П.В.Л. Наследниками П.В.Л. являются его сыновья: П.Я.В. и П.Д.В., жена П.Л.А., его родители: П.Л.А. и П.О.З., которые по существу ее заявления возражают, добровольного согласия в нотариальную контору на включение Георгия в круг наследников по закону не дают, хотят, чтобы вопрос об установлении отцовства П.В.Л. в отношении сына был решен в судебном порядке. В связи с этим просила суд установить факт признания отцовства П.В.Л., умершего 28.07.2008г., в отношении ее сына А.Г.В., родившегося 13.04.1993г. в г. Ессентуки.

Обжалуемым решением суда заявление А.В.В. в интересах несовершеннолетнего А.Г.В. удовлетворено. Установлен факт признания отцовства В.В.Л. в отношении А.Г.В.

Исследовав материалы гражданского дела, судебная коллегия отменила решение в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм процессуального права по следующим основаниям.

Из имеющейся в материалах дела ксерокопии свидетельства о рождении следует, что А.Г.В. родился 13.04.1993г.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.10.1996г. № 9, в редакции постановления Пленума ВС РФ от 06.022007г. № 6 «О применении судами СК РФ при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов» следует, что в отношении детей, родившихся до введения в действие Семейного Кодекса РФ, суд, решая вопрос об отцовстве, должен руководствоваться ч. 2 ст. 48 КоБС РСФСР, принимая во внимание совместное проживание и ведение общего хозяйства матерью ребенка и ответчиком до рождения ребенка или совместное воспитание либо содержание ими ребенка или доказательства, с достоверностью подтверждающие признание ответчиком отцовства.

Учитывая, что СК РФ, также как и Кодекс о браке и семье РСФСР, не исключает возможности установления происхождения ребенка от лица, не состоявшего в браке с его матерью, в случае смерти   этого лица, суд вправе в порядке особого производства установить факт отцовства. Такой факт может быть установлен в отношении детей, родившихся в период с 01.10.1968г. до 01.03.1996г. - при наличии доказательств, подтверждающих хотя бы одно из обстоятельств, перечисленных в ст. 48 КоБС РСФСР.

В случае, если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суда, суд выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения, в котором разъясняет заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства (ч. 3 ст. 263 ГПК РФ).

Эти требования закона судом не соблюдены, несмотря на то, что в качестве заинтересованных лиц привлечены к участию в деле другие наследники, не согласные с требованиями А.В.В.

У должника имеется имущество, на которое может быть наложено взыскание (судебный пристав не проверил единственное ли это жилье у должника), но взыскание на это имущество не обращено, а исполнительное производство прекращено

К.С.В. обратилась в суд с жалобой на действие судебного
пристава-исполнителя Железноводского городского отдела УФССП по
СК  К.И.А., указав, что 20.02.2009г. она направила в Железноводский городской отдел УФССП по СК исполнительный лист, выданный мировым судьей судебного участка № 1 г. Железноводска о взыскании долга в размере 67266рублей с должника Б.В.А.  В ходе исполнения решения суда, с должника Б.В.А. взысканы денежные средства в размере 24500 рублей, остаток задолженности составляет 43066 рублей.

Однако, 31.01.2011г. вынесено постановление об окончании исполнительного производства и возвращении взыскателю исполнительного документа. Просила признать незаконным данное постановление судебного пристава-исполнителя Железноводского городского отдела судебных приставов по СК К.И.А. от 31.01.2011г. возложив на судебного пристава-исполнителя К.И.А. обязанность по дальнейшему исполнению исполнительного производства.

Решением Железноводского городского суда от 11.03.2011г. отказано в удовлетворении жалобы К.С.В. на действие  судебного пристава – исполнителя Железноводского городского отдела УФССП по СК  К.И.А.

Проверив материалы дела, судебная коллегия, нашла решение суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

 Согласно ч. 1 ст. 441 ГПК РФ постановления главного судебного пристава Российской Федерации, главного судебного пристава субъекта Российской Федерации, старшего судебного пристава, их заместителей, судебного пристава-исполнителя, их действия (бездействие) могут быть оспорены взыскателем, должником или лицами, чьи права и интересы нарушены такими постановлениями, действиями (бездействием).

Из материалов дела следует, что  мировым судьей судебного участка № 1 г. Железноводска 25.12.2008г. вынесено решение о взыскании с должника Б.В.А. в пользу К.С.В. суммы восстановительного ремонта в размере 54 372 рублей, компенсации морального вреда в сумме 10 000 рублей, возмещение судебных расходов на сумму 3 194 рубля.

   20.02.2009г. исполнительный лист поступил на исполнение в службу судебных приставов по г. Железноводску, 21.02.2009г. судебным приставом - исполнителем К.И.А. вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства.

21.02.2009г. направлены запросы в кредитные организации о наличии у должника денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении;  в УФРС по СК о наличии у должника недвижимого имущества; в УПФ РФ по СК о предоставлении информации о месте работы должника, сумме начисленной заработной платы или пенсии, а также запрос в ОГИБДД о наличии у должника в собственности транспортных средств.

Согласно поступившим ответам из вышеуказанных организаций, каким либо недвижимым или движимым имуществом Б.В.А. не располагает, денежных средств, хранящихся на счетах в банках, она не имеет.

26.02.2009г. судебным приставом-исполнителем К.И.А. совершен выезд по адресу указанному в исполнительном листе и в присутствии понятых, а также должника составлен акт о том, что по указанному адресу должник не проживает и имущества подлежащего аресту по указанному адресу не имеется.

19.03.2009г. на счет Железноводского городского отдела УФССП по СК от должника Б.В.А. поступили денежные средства в размере 500 рублей, которые своевременно перечислены взыскателю К.С.В.

20.03.2009г. в связи с неисполнением требований исполнительного документа без уважительных причин в срок, предоставленный для добровольного исполнения, в отношении должника Б.В.А. вынесено постановление о взыскании исполнительского сбора.

15.04.2009г. судебным приставом исполнителем К.И.А.  совершен выезд по адресу проживания должника, однако на момент совершения  исполнительских действий должник отсутствовал.

С апреля 2009г. по ноябрь 2010г. на счет Железноводского УФССП от должника Б.В.А. поступили денежные средства в размере 20 500 рублей; которые своевременно перечислены взыскателю К.С.В. В дальнейшем,   судебным   приставом-исполнителем   К.И.А.  направлялись повторные запросы в кредитные организации, регистрационную службу о наличии у должника Б.В.А. денежных средств на вкладах, а также зарегистрированного недвижимого имущества.

15.01.2010г. судебным приставом-исполнителем К.И.А. совершен выезд по адресу проживания должника, где в присутствии понятых и должника Б.В.А. составлен акт о том, что по указанному адресу имущество, подлежащее аресту, отсутствует.

07.04.2010г. в адрес Железноводского городского отдела УФССП по СК поступила информация из УФРС о том, что у должника Б.В.А. имеется в собственности недвижимое имущество - квартира, расположенная в «…», в этот же день судебным приставом-исполнителем К.И.А. вынесено постановление о наложении ареста на указанное имущество, которое направлено в регистрирующий орган для исполнения.

19.11.2010г. судебным приставом-исполнителем К.И.А. совершен выезд по адресу проживания должника, составлен акт о том, что по указанному адресу должник отсутствовал.

22.11.2010г. в Железноводский городской отдел УФССП по СК поступила телефонограмма из краевого адресного бюро о том, что на территории г. Железноводска должник не зарегистрирован.

19.11.2010г. судебным приставом-исполнителем К.И.А. вынесен акт совершения исполнительных действий, согласно которому, при выезде по адресу должника Б.В.А., двери квартиры были закрыты.

31.01.2011г. судебный пристав-исполнитель Железноводского городского отдела судебных приставов К.И.А. вынес постановление об окончании исполнительного производства и возвращении взыскателю исполнительного документа, выданного мировым судьей судебного участка № 1 г. Железноводска о взыскании долга с Б.В.А.

Отказывая в удовлетворении требований, суд исходил из того, что на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительный документ, по которому взыскание не производилось или произведено частично, возвращается взыскателю,  если у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.

Однако вывод суда об отсутствии у должника имущества не мотивирован, и вызвал у судебной коллегии сомнение в его правильности по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 47 Закона N 229-ФЗ исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случаях возвращения исполнительного документа взыскателю по основаниям, предусмотренным статьей 46 настоящего Закона, в том числе, если у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными (пункт 4 части 1 статьи 46 Закона N 229-ФЗ).

В оспариваемом постановлении об окончании исполнительного производства и возвращении взыскателю исполнительного документа от 31.01.2011г. указано, что исполнительное производство N 351/09/13/26 окончено в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.

Вместе с тем частью 1 статьи 64 Закона « Об исполнительном производстве» установлен перечень действий, которые может совершать судебный пристав-исполнитель в процессе исполнения требований исполнительных документов.

В силу пункта 1 статьи 68 Закона « Об исполнительном производстве» мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу.

Как видно из материалов дела, в целях исполнения требований исполнительного листа судебным приставом-исполнителем направлены запросы в организации с целью отыскания имущества должника.

 07.04.2010г. в адрес Железноводского городского отдела УФССП по СК поступила информация из УФРС о том, что у должника Б.В.А. имеется в собственности недвижимое имущество - квартира, расположенная в  «…».

Судебным приставом-исполнителем К.И.А. вынесено постановление о наложении ареста на указанное имущество, которое
направлено в регистрирующий орган для исполнения.

В постановлении об окончании исполнительного производства не разрешен вопрос об отмене указанного постановления, но и  доказательств обращения взыскания на указанное имущество с целью исполнения требований исполнительного документа судебный пристав-исполнитель не представил.

Таким образом,  у должника имеется имущество на которое может быть наложено взыскание (судебный пристав не проверил единственное ли это жилье у должника), но взыскание на это имущество не обращено, а исполнительное производство прекращено.

Судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение, а также не приняты во внимание правовые нормы  для устранения противоречий в представленных документах о местоположении спорного земельного участка, тогда как выяснение указанных обстоятельств имеет значение для правильного рассмотрения дела 

С.А.В. обратился в суд с заявлением об устранении   препятствий   в   пользовании   земельным   участком, отмене постановления главы администрации г. Минеральные Воды об исключении земельного участка, закрепленного за Р.Л.В. из государственного кадастрового  учета земельных участков.

В обоснование заявленных требований указал, что у него имеется  землеустроительное дело образца 2000г. на земельный участок, находящийся у него в постоянном (бессрочном) пользовании, площадью 103,59 кв.м. У Р.Л.В. имеется землеустроительное дело образца 2008г. на земельный участок, находящийся у нее в аренде площадью 14 кв.м.

Если посмотреть на план границ и на проектный план земельных участков, то видно, что эти участки находятся в одном и том же месте и видно, что земельный участок площадью 14 кв.м. расположен    на    земельном    участке    площадью    103,59    кв.м.,    возле    9-ти    этажного многоквартирного   жилого   дома,  находящегося   по   адресу:  «…».

Истец обратился    в Минераловодскую межрайонную прокуратуру, в ходе проверки которой установлено, что Минераловодской городской Думой принято решение № 514 «О предоставлении разрешения на условно разрешенное строительство стационарного торгового павильона в районе жилого дома «…» г. Минеральные Воды»,   которым   предоставлено   разрешение   на   условно   разрешенное   строительство стационарного   торгового   павильона   в   районе   жилого   дома  «…» г. Минеральные    Воды.

С.А.В. обратился в ООО «Кадастровый центр» для изготовления межевого плана земельного участка, предоставленного в постоянное (бессрочное) пользование, кадастровый номер 26:24:040413:72.

29.12.2010г. вынесено решение о приостановлении осуществления кадастрового учета, при внесении координат характерных точек границ реквизита «1» листа 5 выявлено, что граница корректируемого земельного участка с кадастровым номером 26:24:040413:72, пересекает   границу   земельного   участка   с   кадастровым   номером 26:24:040413:50.

Указал, что из представленных документов видно, что земельный участок предоставлен   С.А.В.   раньше,   чем   Р.Л.В.,   право постоянного (бессрочного) пользования оформлено надлежащим образом в соответствии с законом РФ, имеется  свидетельство  о  государственной регистрации  права  на указанный  земельный участок   серии   «…»   от   28.11.2000г., которое никто    не отменял. Соответственно все правовые  акты администрации г. Минеральные Воды по предоставлению земельного участка площадью 14 кв.м. с кадастровым номером 26:24:040413:50  Р.Л.В. незаконны и подлежат отмене.

Уточнив требования, просил суд устранить препятствия в пользовании земельным участком площадью    103,59    кв.м.,    расположенном    по    адресу:    «…» с кадастровым номером 26:24:040413:72, предыдущий   кадастровый   номер  26:24:040413:0015,  путем   сноса  павильона,   признать незаконным  постановление  главы  администрации  г. Минеральные  Воды  №   1512  от 20.10.2008г. о предоставлении Р.Л.В. в аренду земельного участка с кадастровым номером 26:24:040413:50, имеющего адресный ориентир: г.Минеральные Воды, «…» под     строительство стационарного     торгового     павильона,     признать недействительным договор аренды № 136 от 28.10.2008г. земельного участка с кадастровым номером 26:24:040413:50, имеющий адресный ориентир: г. Минеральные Воды, «…», снять земельный участок площадью 14 кв.м, закрепленного за Р.Л.В. с государственного     кадастрового     учета     земельных     участков,     кадастровый     номер 26:24:040413:50, имеющего адресный ориентир: г. Минеральные Воды, «…».

Решением Минераловодского суда Ставропольского края от 20.03.2011г.  в удовлетворении заявленных требований отказано за недоказанностью и необоснованностью исковых требований.

Изучив материалы дела, судебная коллегия нашла решение суда подлежащим отмене  по следующим основаниям.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003г. №23 «О судебном решении» указывается, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст.1, ч. 3 ст.11 ГПК РФ).

Судом первой инстанции установлено, что согласно свидетельству о государственной регистрации права на недвижимое имущество серия «…» от 28.11.2000г. С.А.В. принадлежит на праве постоянного (бессрочного) пользования земельный участок под зданием магазина, площадью 103,59 кв.м., расположенный по адресу: г. Мин-Воды, «…», кадастровой номер 26-24-040413-0015 на основании постановления главы МТГА СК от 06.10.2000г. № 1156/965.

На основании постановления главы администрации г. Минеральные Воды № 1512 от 20.10.2008г. Р.Л.В. предоставлен в аренду земельный участок общей площадью 14 кв.м. из земель населенных пунктов с кадастровым номером 26:24:040413:50, имеющий адресный ориентир: СК, г. Мин-Воды, в 92м на юго-запад от жилого дома «…», под строительство стационарного торгового павильона, сроком на три года. В соответствии с договором аренды земельного участка № 136 от 28.10.2008г. МУ г. Минеральные Воды предоставлено Р.Л.В. с 20.10.2008г. по 19.10.2011г. в аренду земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым номером 26:24:040413:50, находящийся по адресу (имеющий адресные ориентиры): СК, г. Мин-Воды, в 92м на юго-запад от жилого дома № «…», под строительство стационарного торгового павильона, в границах указанных в кадастровой карте (плане) участка, прилагаемой к настоящему договору и являющейся его неотъемлемой частью, общей площадью 14 кв.м. Указанный договор аренды земельного участка зарегистрирован 29.12.2008г. в Минераловодском отделе Управления Федеральной регистрационной службы СК.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из наличия зарегистрированного и не оспоренного истцом права аренды земельного участка площадью 14 кв.м. на имя ответчика Р.Л.В.

С такими выводами судебная коллегия не согласилась, поскольку исковое заявление содержит требование о признании указанного договора аренды недействительным.

 Как следует из оспариваемого  решения суда, суд первой инстанции не дал оценку доводам, по которым заявитель полагал, что  указанный договор аренды является недействительным.

Статья  2 ГПК РФ определяет задачи гражданского судопроизводства, согласно которой задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу ст.  79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Суд не принял во внимание положения указанной правовой нормы для устранения противоречий в представленных заявителем и заинтересованным лицом местоположении спорного земельного участка, тогда как выяснение указанных обстоятельств имеет значение для правильного рассмотрения дела.

Пункт 2 указанной статьи регламентирует, что каждая из сторон и другие лица, участвующие в деле, вправе представить суду вопросы, подлежащие разрешению при проведении экспертизы. Окончательный круг вопросов, по которым требуется заключение эксперта, определяется судом. Отклонение предложенных вопросов суд обязан мотивировать.

Из материалов дела усматривается, что реализуя и защищая свое право на предоставление доказательств в суд, С.А.В. в ходе судебного разбирательства дважды ходатайствовал о проведении экспертизы землеустроительных дел земельных участков С.А.В. и Р.Л.В.

Однако суд первой инстанции дважды отказал истцу в удовлетворении данного ходатайства, мотивируя свой отказ тем, что на земельный участок площадью 103,59 кв.м. нет землеустроительного дела, нет координат земельного участка. Данный вывод так же не соответствует действительности, так как землеустроительное дело приобщено к материалам гражданского дела, а границы и площадь земельного участка определены в соответствии с нормами, действующими на момент предоставления земельного участка.

При таких обстоятельствах решение суда  отменено на основании пункта 1 части 1 статьи 362 ГПК РФ.

Решение об оставлении заявления без рассмотрения принято судом с нарушением требований закона.

С.Л.А. обратилась в суд с заявлением об оспаривании отказа № 15/014/2010-528 от 25.11.2010г. Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по СК в государственной регистрации прав на земельный участок под индивидуальную застройку площадью 1232 кв.м, расположенный в «…».

Определением Кисловодского городского суда от 21.03.2011г. заявление С.Л.А. оставлено без рассмотрения в связи с наличием спора о праве, разъяснено право разрешения спора  в порядке искового производства.

Проверив материалы дела, судебная коллегия нашла обжалуемое определение подлежащим отмене по следующим основаниям.

Оставляя заявление  без рассмотрения, суд первой инстанции руководствовался нормами ч.4 ст.1, ч.3 ст.247, ч.3 ст.263 ГПК РФ, предусматривающими возможность оставления заявления без рассмотрения в случае,  если при подаче заявления в суд будет установлено, что имеет место спор о праве, подведомственный суду.

Судебная коллегия не согласилась с данным выводом суда, поскольку он основан на неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для данного дела, и неправильном применении норм процессуального права.

Из материалов дела следует, что С.Л.А. обратилась в суд за защитой прав, которые она полагает нарушенными в результате решений, действий Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по СК, выразившихся в отказе в государственной регистрации права собственности на земельный участок  под индивидуальную жилую застройку.

Наличие спора о праве в возникших спорных правоотношениях не усматривается.

В соответствии с главой 25 ГПК РФ дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих отнесены к делам, возникающим из публичных правоотношений, и рассматриваются судами по правилам искового производства с особенностями, установленными настоящей главой, главами 24 - 26 настоящего Кодекса и другими федеральными законами.

Производство по делам данной категории дел осуществляется в соответствии с требованиями ст.ст. 254-257 ГПК РФ.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 10.02.2009г.  «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих» при рассмотрении по существу указанной категории дел суду надлежит выяснять: имеет ли орган полномочия на принятие решения или совершение действия,  соблюден ли порядок принятия решений, совершения действий органом или лицом в том случае, если такие требования установлены нормативными правовыми актами (форма, сроки, основания, процедура и т.п.), соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного действия (бездействия) требованиям закона и иного нормативного правового акта, регулирующих данные правоотношения.

В связи с изложенным вывод суда о необходимости оформления требований С.Л.А. в порядке искового производства представляется ошибочным.